Есть особый тип деловых форумов: сначала кажется, что это просто расписание — залы, треки, модераторы, протокольные списки, кофе между сессиями. Но если смотреть внимательнее, программа начинает работать как карта. Не географическая, а экономическая. Где рядом с Индонезией появляется ЕАЭС, рядом с халяльной экономикой — финтех, рядом с дипломатией — цифровой суверенитет, рядом со строительством — искусственный интеллект, а рядом с культурой — экспорт, инвестиции и логистика.

КазаньФорум-2026 как раз из таких событий. Формально — XVII Международный экономический форум «Россия – Исламский мир: KazanForum», прошедший с 12 по 17 мая в Казани. По масштабу — 103 страны, 149 мероприятий по 21 тематическому треку, выставки, межправительственные комиссии, бизнес-диалоги, инвестиционные проекты, исламские финансы, цифровизация, искусственный интеллект, международная торговля, культура и медиа. Но по внутренней логике — это был форум не столько о «дружбе России и исламского мира», сколько о том, как эту дружбу перевести в рабочие механизмы: расчёты, маршруты, стандарты, платформы, технологии и проекты.

И, пожалуй, это самое интересное. Потому что красивые формулы международного сотрудничества давно научились произносить все. Гораздо сложнее ответить на простые вопросы: кто финансирует, кто строит, кто страхует, кто поставляет, кто пишет софт, кто регулирует, кто отвечает за доверие.

В этом смысле КазаньФорум был похож не на парад, а на монтажную комнату. На столе лежали разные фрагменты: Индонезия, Иран, Афганистан, страны ОИС, Каспий, Север – Юг, Tooba, AAOIFI, Сбербанк, ИТ-парк, Технократия, International Property Market, Kazan Halal Market, Russia & Islamic World Cooperation Expo. И из этих фрагментов пытались собрать сюжет о новой экономической связности.

12 мая. Пролог: когда дипломатия начинает говорить языком контрактов

Индонезийская увертюра

Форум фактически открылся не с главной сцены, а с заседания Российско-Индонезийской совместной комиссии по торгово-экономическому и техническому сотрудничеству. В Казанской Ратуше встретились первый вице-премьер России Денис Мантуров и министр-координатор по вопросам экономики Республики Индонезия Аирлангга Хартарто.

На бумаге — межправкомиссия. В реальности — очень точная завязка всего форума. Потому что Индонезия здесь выступала не просто как страна Юго-Восточной Азии, а как крупный исламский рынок, промышленная экономика, будущий партнёр по свободной торговле с ЕАЭС, страна, где пересекаются энергетика, фармацевтика, сельское хозяйство, технологии, судостроение, туризм и даже космос.

Мантуров напомнил, что товарооборот России и Индонезии за последние пять лет вырос более чем в два раза и по итогам 2025 года приблизился к 5 млрд долларов. Но важнее даже не сама цифра. Важнее логика: рост торговли теперь должен сопровождаться не только поставками, но и прямыми контактами предпринимателей, устойчивыми расчётами, промышленной кооперацией и совместными проектами.

«Улучшение условий взаимного доступа товаров на рынки должно сопровождаться расширением прямых контактов между нашими предпринимателями».

— Денис Мантуров

В этой фразе, если убрать официальный слой, звучит главный нерв современной внешней экономики. Можно подписать соглашение. Можно открыть рынок. Можно договориться на уровне правительств. Но дальше всё равно нужны люди, которые будут звонить друг другу не через протокол, а напрямую. Предприниматель — предпринимателю. Банк — банку. Производитель — дистрибьютору. Университет — технопарку.

Караван ушёл, маршрут остался

Когда-то международная торговля начиналась с караванов и портов. Потом — с железных дорог, телеграфа и страховых контор. Сегодня она начинается с другого набора слов: свободная торговля, комплаенс, фитосанитарный контроль, цифровой документооборот, трансграничные платежи, логистический коридор. Караван ушёл, но вопрос остался прежним: дойдёт ли груз и будет ли оплата.

Именно поэтому в российско-индонезийском сюжете важно, что обсуждались не только сельское хозяйство, энергетика и промышленность, но и высокие технологии. Даже тема первого индонезийского космонавта прозвучала не как романтическая вставка, а как часть технологического пакета.

«Россия располагает необходимыми компетенциями и опытом для подготовки и организации полёта первого индонезийского космонавта».

— Денис Мантуров

Космос в этом контексте — не украшение. Это символ того, что современная кооперация строится не только вокруг зерна, удобрений и поставок, но и вокруг компетенций. А компетенции — это уже университеты, инженеры, цифровые системы, исследовательские центры и долгие договорённости.

13 мая. Форум собирает карту: павильоны, рынки, финтех

Выставка как экономический рентген

На следующий день форум вошёл в рабочий ритм. Аккредитация, павильоны, стенды, делегации, промышленные экскурсии. В программе были выезды по пяти направлениям: промышленность, сельское хозяйство, химический сектор, медицина, IT-инновации и образование. Среди площадок — ПАО «КАМАЗ», ОЭЗ «Алабуга», АО «Химград», Университет Иннополис, ИТ-парк имени Башира Рамеева, АНО «Школа 21».

Это важная деталь. Форумы часто грешат тем, что говорят о будущем, не показывая настоящего. А здесь будущее пытались привязать к уже существующей инфраструктуре: заводам, особым экономическим зонам, технопаркам, университетам, медицинским и образовательным центрам.

В это же время работала Russia & Islamic World Cooperation Expo — выставка сотрудничества России и исламского мира. По смыслу это была не просто экспозиция, а витрина новой экономической географии: инвестиционные и инфраструктурные проекты, технологические альянсы, B2B-инициативы, исламские финансы, машиностроение, региональные стенды. Рядом — International Property Market 2026, где недвижимость рассматривалась уже не как набор квадратных метров, а как часть международного капитала, урбанистики, финансовых моделей и доверия к юрисдикциям.

Именно здесь форум переставал быть набором речей. Он становился местом, где можно было увидеть, что исламский мир — это не абстрактная культурная зона, а множество рынков, регуляторов, инвесторов, банков, городов, логистических маршрутов и технологических запросов.

Талия Минуллина и инвестиционная витрина

На брифинге в Кабмине Татарстана руководитель Агентства инвестиционного развития РТ Талия Минуллина подчеркнула масштаб подготовки форума: зарегистрированы представители 103 стран, а среди ключевых событий — межправительственные комиссии, выставки, инвестиционные проекты и международные соглашения. Отдельно прозвучала цифра: на выставке на английском языке представлено 152 инвестиционных и инфраструктурных проекта, из них 24 — от Татарстана.

«Это беспрецедентный случай, когда в России мы с конкретными инвестиционными предложениями вышли на международный уровень».

— Талия Минуллина

Фраза сильная именно своей прикладной природой. Не «мы открыты к сотрудничеству», а «вот проекты». Не «у нас есть потенциал», а «вот каталог». Это очень важный сдвиг для российских регионов: от презентации территории — к презентации готового инвестиционного продукта.

Исламский финтех: когда приложение становится дипломатией

Один из самых живых сюжетов форума — исламский финтех. Сессия «Исламский ФИНТЕХ: цифровая этика» была посвящена не просто финансовым технологиям, а вопросам доверия, регулирования, шариатского комплаенса, масштабирования продуктов на разных рынках и работы с клиентом в многоконфессиональной среде. Организатором выступил Российский исламский институт, среди участников — Руслан Халиуллин, Умар Мунши, Владимир Маленко, Дима Джани, Рамазан Меджидов, Мухаммад Шахид Хан.

Тут важно не уйти в терминологию. Исламский финтех — это не просто «финтех с религиозной приставкой». Это попытка соединить технологическую скорость с этической рамкой. В обычном финтехе главное — удобство, масштаб, комиссия, интерфейс. В исламском — к этому добавляются доверие, допустимость продукта, соответствие нормам, отсутствие спекулятивной логики, прозрачность сделки.

И вот здесь российский пример оказался довольно неожиданным. Руслан Халиуллин говорил о благотворительном приложении Tooba как о решении, которое заинтересовало страны исламского мира. По его словам, компания собрала более 4,8 млрд рублей, а за один месяц — более 1 млрд рублей после событий в Дагестане; также были подписаны договоры со странами Персидского залива — ОАЭ и Саудовской Аравией.

«Это история про то, что мы можем дать».

— Руслан Халиуллин о компании Tooba

Это, на мой взгляд, один из самых показательных моментов форума. Потому что экспорт технологий часто описывают абстрактно: «российские решения востребованы», «есть потенциал», «необходимо масштабирование». А здесь — конкретное приложение, конкретные сборы, конкретный интерес исламских рынков. Благотворительность становится финтехом, финтех — каналом доверия, доверие — международным активом.

Мухаммад Шахид Хан, генеральный директор Micronisus Systems Dubai, говорил уже о следующем шаге — роли искусственного интеллекта в исламском банкинге.

«Я верю, что ИИ может помочь в развитии исламского банкинга, особенно России. Также перспективно сотрудничество между Россией и странами исламского мира».

— Мухаммад Шахид Хан, Micronisus Systems Dubai

А Умар Мунши, основатель Ethis Group и управляющий партнёр HASAN.VC, добавил, что отрасли нужны технологии, которые позволят делать исламские финансы более прибыльными и работать с клиентами, ранее недоступными для банков.

«КазаньФорум — очень важная площадка для сотрудничества, нетворкинга, B2B-встреч, сессий, чтобы развивать участие и повышать внимание тому, что происходит в мире финансов и банкинга».

— Умар Мунши, Ethis Group, HASAN.VC

Старый спор о деньгах и новая нейросеть

Исламские финансы строятся на старом принципе: деньги не должны просто производить деньги. Они должны быть связаны с реальным активом, партнёрством, риском, товаром, услугой. В этом смысле исламская финансовая модель исторически спорит с классическим процентным банкингом.

А теперь в этот спор входит искусственный интеллект. Он может оценивать риски, помогать комплаенсу, подбирать продукты, анализировать поведение клиента, снижать операционные издержки. Но сразу возникает вопрос: кто проверит, что алгоритм не нарушает этическую рамку? Кто объяснит решение нейросети шариатскому совету, регулятору, клиенту?

Вот почему исламский финтех — это не просто техническая тема. Это разговор о доверии в цифровую эпоху.

IT-зона: финтех как спорт быстрых решений

CodeStorm by IT Park

В ИТ-зоне форума отдельным сюжетом стал международный финтех-хакатон CodeStorm by IT Park. Около 100 участников из 18–20 команд за 48 часов разрабатывали прикладные решения на стыке технологий и глобальной финансовой инфраструктуры. Организаторы — Министерство цифрового развития РТ, ИТ-парк и компания Технократия; призовой фонд — 500 тыс. рублей.

Здесь форум на время менял темп. Если межправкомиссии работают в логике лет, то хакатон — в логике часов. Там, где дипломаты согласовывают формулировки, разработчики собирают прототип. Где министры говорят о стратегических направлениях, команды показывают демо.

В программе IT-трека были и «Мировые тренды финтеха», и питч-сессии CodeStorm, и финал хакатона, и дискуссия «Финансовая инфраструктура для международного бизнеса». В центре — выход российского финтеха на рынки стран ОИС, цифровые финансы, исламский банкинг, шариатский комплаенс, CBDC, открытый банкинг, платежные системы, трансграничные переводы, СПФС, цифровой рубль и агрегаторы.

Это уже не просто «молодёжная активность при форуме». Это лаборатория экспортной модели: как российские IT-решения могут стать понятными и применимыми для рынков исламского мира.

Молодая дипломатия: цифровой суверенитет вместо красивых тостов

Дипломатия в эпоху платформ

На X Форуме молодых дипломатов стран ОИС разговор неожиданно быстро вышел за пределы традиционной гуманитарной повестки. Да, звучали темы межцивилизационного диалога, образования, молодёжного сотрудничества. Но один из важных акцентов — дипломатия в цифровую эпоху.

Первый секретарь посольства Республики Камерун в Москве Самюэль Ндичо Бамбо говорил о создании безопасного цифрового пространства и поддержании цифрового суверенитета.

«Одна из главных трудностей — создание безопасного цифрового пространства и поддержание цифрового суверенитета государства».

— Самюэль Ндичо Бамбо

В этой фразе хорошо слышно, как изменилась дипломатия. Раньше дипломат работал с нотами, протоколом, переговорами, визами, культурными обменами. Теперь он всё чаще имеет дело с данными, каналами связи, платформами, информационным влиянием, цифровыми границами.

И если раньше суверенитет обозначался флагом, границей и армией, то сегодня к этому набору добавляются серверы, софт, каналы связи, облачные решения, национальные платформы и способность государства контролировать собственную цифровую среду.

14 мая. ИИ, стройка и коридор «Север – Юг»

ИИ в строительстве: технология выходит из презентации

Одна из самых практичных тем форума — искусственный интеллект в строительстве. На пленарной сессии «Искусственный интеллект — новая эффективность в строительной отрасли» в рамках International Property Market обсуждали, как ИИ уже помогает строить быстрее и дешевле, но для массового внедрения в России пока не хватает единых стандартов данных, интеграции существующих систем и регулирования, которое стимулировало бы инновации, а не тормозило их.

С ключевым докладом выступил вице-премьер Марат Хуснуллин. Он напомнил, что строительная отрасль составляет более 20% ВВП, даёт 40 трлн рублей выручки и 13 млн рабочих мест, а по итогам 2025 года в России было введено 150 млн квадратных метров недвижимости.

Здесь ИИ звучал уже не как модная аббревиатура. Строительство — слишком материальная отрасль, чтобы долго жить презентациями. Там всё проверяется сроком, сметой, бетоном, техникой безопасности и количеством ошибок в проектировании.

Искусственный интеллект в этой логике нужен не «для красоты», а для конкретных вещей: контроля безопасности на стройплощадках, прогнозирования рисков, сокращения сроков, снижения издержек, управления проектами, работы с цифровыми двойниками, автоматизации экспертизы.

От чертёжной доски к цифровому двойнику

Когда-то строительный проект был рулоном бумаги, карандашом, кульманом и большим авторитетом главного инженера. Потом пришли CAD-системы. Потом BIM. Теперь — цифровые двойники и алгоритмы, которые должны видеть риски раньше человека.

Но стройка всё равно остаётся стройкой. Нейросеть может подсказать, где возможна ошибка, но не заменит ответственность. И в этом смысле главный вопрос сессии был не «заменит ли ИИ человека», а другой: как сделать так, чтобы человек, государственная экспертиза, подрядчик, застройщик и алгоритм работали в одной системе координат.

В программе отдельно отмечалось, что в центре внимания — суверенная модель искусственного интеллекта, Индустриальные центры компетенций, практические кейсы, цифровые двойники зданий, автоматизированные системы контроля безопасности, единые информационные среды для заказчиков, генподрядчиков и субподрядчиков.

Коридор «Север – Юг»: география снова стала экономикой

Контейнеры вместо деклараций

На транспортном треке форум возвращал разговор к старой, но снова актуальной теме — международному коридору «Север – Юг». В сессии о каспийском сотрудничестве участвовали представители федеральной власти, регионов, логистических структур, исламских финансовых институтов и эксперты по рынкам Ближнего и Среднего Востока.

Здесь была важна не сама риторика о коридорах, а очень приземлённый смысл: как политическую волю превратить в контейнеры, счета, порты, железнодорожные маршруты и долгосрочные контракты.

Дмитрий Дубовик, генеральный директор Каспийского международного интеграционного клуба «Север – Юг», говорил, что активность Ирана на международном маршруте резко выросла, а Россия становится для этой страны стратегически важным партнёром. Александр Шаров, генеральный директор «РусИранЭкспо», отмечал ожидания по росту грузооборота через Каспий и перспективы поставок через Иран в Афганистан, Ирак и Пакистан.

«Сегодня мы начинаем думать о тех экспортных поставках из России, о которых мы мечтали десятилетиями».

— Дмитрий Дубовик, Каспийский международный интеграционный клуб «Север – Юг»

Геннадий Бессонов, председатель Координационного транспортного совещания государств — участников СНГ, расширил эту рамку: коридор интересен не только России и Ирану, но и странам ближнего зарубежья — Казахстану, Узбекистану, Киргизии и другим участникам региональной логистики.

«Все страны, входящие в периметр СНГ, а также близлежащие страны будут всегда заинтересованы в этом коридоре».

— Геннадий Бессонов

А Марат Зембатов из Высшей школы экономики дал более трезвую оценку перспектив: прежние прогнозы доходили почти до 100 млн тонн в год, но более близкой к реальности оптимистичной оценкой сегодня он назвал 30 млн тонн к 2032–2033 годам.

«Наиболее близкая к реальности оптимистичная оценка — это 30 млн тонн к 2032–2033 годам».

— Марат Зембатов, ВШЭ

И это хороший пример сдержанной, взрослой интонации. Не обещание мгновенного прорыва, а попытка посчитать горизонт.

15 мая. Исламские финансы: от эксперимента к институтам

AAOIFI, Сбербанк и вопрос правил

К середине форума финансовая повестка стала одной из центральных. В программе были заявлены дискуссии о партнёрском финансировании в России, международных стандартах, опыте бизнеса, подготовке кадров, исламских финансовых инструментах, сукук и регулировании. Среди участников — Анатолий Аксаков, Владимир Чистюхин, Алексей Яковлев, Олег Ганеев, Мидхат Шагиахметов, председатель AAOIFI шейх Ибрагим Бен Халифа Аль Халифа, Сбербанк, Банк России, Минфин России, Ассоциация банков России.

Здесь важно понимать: исламские финансы в России пока ещё находятся в стадии институционального взросления. Есть эксперимент, есть регионы, есть интерес банков, есть запрос со стороны бизнеса, есть международный опыт. Но для полноценного рынка нужны правила, кадры, стандарты, доверие и понятный набор инструментов.

AAOIFI — Организация по бухгалтерскому учёту и аудиту исламских финансовых учреждений — заявила готовность помогать России и странам СНГ в развитии рынка исламских финансов.

Это не декоративная новость. Для исламских финансов стандарты — почти такая же инфраструктура, как дороги для логистики. Без стандартов невозможно масштабировать доверие. А без доверия исламские финансы превращаются в красивую вывеску без рынка.

Кадры как узкое место

Отдельно звучала тема кадров. На сессии «Кадры для исламских финансов: как вырастить людей для новой отрасли» обсуждались сетевые магистерские программы, двойные дипломы, корпоративное обучение, профессиональная сертификация, цифровые образовательные платформы и интеграция стандартов AAOIFI в образовательные треки.

Магомед Таштамиров, проректор по науке и инновациям Чеченского государственного университета имени А. А. Кадырова, сформулировал задачу очень практично.

«Мы должны сформировать компетенции, которые помогут участникам рынка быстро находить нужные кадры под конкретные задачи».

— Магомед Таштамиров

И снова форум возвращается к одной и той же мысли: рынок появляется не после красивого заявления, а после появления специалистов. Нужны юристы, которые понимают российское право и исламские финансовые модели. Нужны банкиры, которые умеют работать с партнёрским финансированием. Нужны преподаватели, методологи, аудиторы, шариатские эксперты, риск-менеджеры, IT-специалисты.

Без них исламские финансы так и останутся темой для форумов. С ними — могут стать реальным инструментом.

Пленарная формула: от точек на карте к точкам роста

Главное пленарное заседание форума называлось почти программно — «От точек на карте к точкам роста: объединение технологических и финансовых инициатив». В этом названии, кажется, форум сам себя и объяснил.

Потому что «точки на карте» — это Казань, Индонезия, Иран, Афганистан, Катар, Пакистан, Малайзия, страны ОИС, российские регионы, Каспий, маршруты, павильоны. А «точки роста» — это уже другое: инвестиционные проекты, логистические цепочки, финтех-платформы, партнёрское финансирование, цифровой суверенитет, строительные технологии, образовательные программы, экспорт IT-решений.

В центре пленарной логики — переход от географического взаимодействия к устойчивым проектам через синергию технологий и финансовых инструментов. Это звучит официально, но за этим стоит очень конкретная задача: чтобы международная повестка не заканчивалась подписанием соглашений и групповыми фото.

На мой взгляд, именно здесь главный смысл КазаньФорума-2026. Он был не о том, чтобы ещё раз сказать: Россия и исламский мир имеют исторические связи. Это уже известно. Он был о другом: как сделать так, чтобы эти связи начали чаще работать в экономике.

Гуманитарная рамка: культура как длинная инфраструктура

Казань как культурная столица исламского мира

В 2026 году Казань носит статус культурной столицы исламского мира. Поэтому культурная программа форума была не просто фоном. В дни форума прошли мероприятия, связанные со съездом министров культуры стран ОИС, XV сессией Генеральной конференции ИСЕСКО, фестивалем восточных культур, выставками, лекциями, мастер-классами и событием «Изге Болгар җыены» в Болгаре, посвящённым Дню официального принятия ислама Волжской Булгарией.

Культура здесь работает как длинная инфраструктура. Не такая быстрая, как хакатон. Не такая измеримая, как грузооборот. Но без неё международная экономика часто остаётся холодной и непрочной.

Арабский язык и нейросети

Очень точный тезис прозвучал у арабиста, преподавателя ВШЭ Андрея Зелтыня. Он говорил, что востребованность арабского и других восточных языков будет расти, причём свою роль в этом играют даже нейросети: автоматический перевод стал лучше, но отсутствие эмоций в машинном переводе подталкивает людей изучать язык.

«Молодежь очень тянется к языкам сегодня. В этом, кстати, большая заслуга в том числе и нейросетей».

— Андрей Зелтынь

Это почти идеальная фраза для форума, где ИИ обсуждали в финансах, строительстве, дипломатии и образовании. Машина переводит слова. Но доверие между странами всё ещё создают люди — с их интонацией, памятью, культурным слухом и способностью понимать не только смысл, но и подтекст.

Финал: что осталось после форума

КазаньФорум-2026 можно описать как попытку собрать пять карт одновременно.

Первая — международная. Россия — Индонезия, Россия — страны ОИС, Россия — Иран, Афганистан, Малайзия, Катар, Пакистан, Алжир, страны Африки и СНГ.

Вторая — финансовая. Исламский банкинг, партнёрское финансирование, AAOIFI, Сбербанк, Банк России, Tooba, Ethis Group, HASAN.VC, шариатский комплаенс, цифровые платежи.

Третья — технологическая. Искусственный интеллект, финтех, кибербезопасность, цифровой суверенитет, ИТ-парк, Технократия, CodeStorm by IT Park, строительные нейросети, цифровые двойники.

Четвёртая — логистическая. Север – Юг, Каспий, Иран, контейнеры, железные дороги, порты, транзит, расчёты, экспортные маршруты.

Пятая — гуманитарная. Казань как культурная столица исламского мира, ИСЕСКО, арабский язык, Болгар, фестиваль восточных культур, молодая дипломатия.

И если попытаться сформулировать главный вывод без форумного пафоса, он будет таким: КазаньФорум показал, что международное сотрудничество сегодня уже нельзя строить только на политической воле и культурной близости. Нужна инфраструктура. Финансовая, цифровая, логистическая, образовательная, гуманитарная.

На форумах часто любят говорить о будущем. Здесь будущее выглядело не как дальняя мечта, а как список нерешённых, но вполне конкретных задач: настроить расчёты, обучить специалистов, договориться о стандартах, проверить ИИ на стройке, провести груз по коридору, вывести финтех на рынок ОИС, превратить инвестиционный проект из стенда в сделку.

И в этом смысле формула «от точек на карте к точкам роста» оказалась не просто названием пленарного заседания. Она стала кратким описанием всего форума.

Потому что карта сама по себе ничего не строит.
Строят маршруты, деньги, технологии, люди и доверие.

--
👉 Подписывайтесь на мой Telegram-канал: https://t.me/druzin
--

Автор: Станислав Друзин
Фото: Фонд Росконгресс, РИА Новости, АНО "Дирекция спортивных и социальных проектов", пресс-служба DRUZIN.RU
Источник: авторский взгляд с площадки XVII Международного экономического форума «Россия – Исламский мир: KazanForum» — по личным наблюдениям, деловой программе и публичным тезисам форума.

Есть события, которые удобнее всего пересказывать цифрами. Более 4700 участников, 30 стран, свыше 100 мероприятий, 440 спикеров, более 60 соглашений примерно на 400 млрд рублей, 123 стенда на площади свыше 10 тысяч квадратных метров. Все правильно, все важно, все нужно для итогового пресс-релиза.

Но Кавказский инвестиционный форум — 2026 в Минеральных Водах интересен не только этим. Его лучше читать как рассказ о том, как Северный Кавказ пытаются показать не окраиной и не «живописным приложением» к большой экономике, а самостоятельной территорией роста: с молодежью, банками, курортами, энергетикой, креативными индустриями, логистикой, агропромом, исламским финансированием, кино, вином, горными аэропортами и стартапами, которые еще вчера могли бы показаться факультативом, а сегодня уже попадают в повестку институтов развития.

Форум проходил с 28 по 30 апреля 2026 года в МВЦ «МинводыЭКСПО». Центральная тема звучала широко и немного по-выставочному: «Расширяя горизонты возможностей». Но за этой формулой угадывалась вполне практическая логика: какие именно горизонты, кому их расширять, на какие деньги, какими кадрами и за счет какой инфраструктуры.

День первый. 28 апреля

Молодежь, стартапы и предпринимательское мышление

Первый день КИФ-2026 был устроен как проверка на будущее. Не в том смысле, что на сцену вывели молодежь для красивой фотографии. А в более серьезном: форум начал с вопроса, кто вообще будет делать эту новую экономику Кавказа.

С утра программа рассыпалась на «лаборатории будущего». Названия звучали почти как главы из региональной стратегии, только в более живом формате: «Умный курорт: сервисы будущего», «Цифровой каркас региона: инфраструктура и данные», «Зеленая экономика: от циклического производства до эко-туризма», «Энергия места: возобновляемые источники и локальные сети».

Это уже не Кавказ из школьного учебника, где главное — горы, минеральные воды и Лермонтов. Это Кавказ, где обсуждают данные, цифровые платформы, локальные энергосистемы, туристические сервисы и экологическую экономику.

Кавказские Минеральные Воды в XIX веке были территорией лечения, прогулок, литературных ссылок и офицерских маршрутов. В советское время — санаторная машина, путевка, бювет, терренкур, врачебный режим. В 2026 году этот же регион пытаются описать уже языком «умных курортов», инвестиционных хабов и сервисной экономики. Суть вроде бы та же — люди приезжают за здоровьем, воздухом, пейзажем и переменой состояния. Но инструменты другие: цифровой сервис вместо регистратуры, инвестиционный проект вместо ведомственной здравницы, бренд территории вместо открытки с видом на Эльбрус.

В программе первого дня было много предпринимательской конкретики. На сессии «Предпринимательское мышление» обсуждали не столько романтику бизнеса, сколько способность видеть возможность там, где остальные видят проблему.

Бизнес-тренер ПАО «Сбербанк» Ольга Параничева сформулировала это почти как бытовую инструкцию к действию:

«Мечта — это то, что дает желание двигаться, заряжает вас энергией. Если вы не строите свою мечту, кто-нибудь обязательно наймет вас строить свою».

Потом добавила про везение и подготовленность — без модного мистицизма, скорее как напоминание: удача любит тех, кто уже пришел с черновиком.

Финал сессии получился характерным для времени: участники с помощью GigaChat разрабатывали идеи новых проектов. Еще недавно искусственный интеллект в региональной повестке звучал бы как приглашенный гость из другой реальности. Теперь он стоит в программе рядом с МСП, туризмом, грантами и карьерой. Не вместо человека, а как еще один инструмент в предпринимательском наборе.

Рядом — другая сессия, с очень прямым названием: «Дропперство: короткий путь к лишению свободы». В молодежной программе это выглядело особенно важно. Потому что там, где есть молодые люди, цифровые сервисы и обещания быстрых денег, всегда появляется и обратная сторона цифровой экономики.

Представитель Сбербанка Елена Хорошилова говорила о дропперстве уже не как о «сомнительной подработке», а как о правовом риске с уголовными последствиями.

Прозвучала жесткая деталь: минимальный возраст выявленного дроппера — 14 лет. Это уже не финансовая грамотность в буклетном смысле, а разговор о том, как не превратить банковскую карту в билет в уголовное дело.

Стартап как диплом, бренд как капитал

День молодых предпринимателей был собран вокруг темы «Предпринимательское будущее Кавказа: молодежь и экономические преобразования».

Здесь были и образовательные интенсивы, и конкурс молодежных стартапов «Точка роста Кавказа», и «Лаборатория будущего СКФО», где команды из вузов и профильных организаций решали практические кейсы по экологии, энергетике, цифровизации и туризму.

Сама идея «стартап как диплом» звучала в разных местах программы как симптом времени. Раньше диплом был документом о том, что человек завершил обучение.

Теперь от образования ждут больше: не просто выпуска, а запуска. Не просто специалиста, а человека с проектом, командой, минимальной финансовой моделью и пониманием рынка.

На сессии «Молодежь Кавказа: энергия новой экономики» обсуждали именно это: нехватку стартового капитала, слабую связь образовательных программ с реальными потребностями экономики, дефицит практических навыков, необходимость наставничества и единой платформы поддержки молодых предпринимателей.

Артем Королев, директор благотворительного фонда «Надежная смена», сказал очень просто:

«Очень важна роль наставничества. Когда вы запускаете бизнес, можно посмотреть и ориентироваться на какие-то вещи, которые уже кто-то осуществил ранее».

В переводе с форумного языка на человеческий: молодому бизнесу нужны не только гранты, но и взрослые, которые уже набили шишки и могут показать, где дорога, а где обрыв.

Параллельно шли темы личного бренда, медийности, региональных витрин, маркетплейсов, музыки, кино, локального производства. В этом был заметен общий сдвиг.

Кавказ обсуждали не только как территорию ресурсов, но и как территорию образов. А образ сегодня — это тоже экономика. Продукт без истории трудно продать. Территория без языка продвижения остается только географией.

День второй. 29 апреля

Губернаторы, инвестиции и разговор о капитале

Если первый день был про молодежь и возможное будущее, то второй день стал днем региональной оптики. В программе появилась серия «Диалог с губернатором: вектор на Кавказ». Республика Ингушетия, Карачаево-Черкесия, Северная Осетия — Алания, Дагестан, Чеченская Республика, Кабардино-Балкария — главы и представители регионов выходили не просто с отчетами, а с попыткой сформулировать собственное инвестиционное лицо.

У Республики Ингушетия акцент был на прозрачности, промышленных площадках, налоговых преференциях, логистике, международном аэропорте и молодежной политике.

Глава республики Махмуд-Али Калиматов говорил: «Ключевым направлением нашей работы стало обеспечение прозрачности. В республике введены налоговые преференции для малого и среднего бизнеса, ведется работа по снижению административных барьеров».

Отдельно прозвучала ИТ-академия, где более ста выпускников уже трудоустроены в крупных компаниях.

У Северной Осетии рассказ строился вокруг уже конкретных проектов.

Сергей Меняйло обозначил общий объем инвестиций по ключевым проектам почти в 78 млрд рублей, более двух тысяч рабочих мест, развитие аграрного сектора, тепличных комплексов, аэропорта «Владикавказ», курорта «Мамисон» и будущего транспортно-логистического хаба Wildberries с инвестициями около 12 млрд рублей и перспективой до восьми тысяч рабочих мест.

Это уже не абстрактное «есть потенциал», а набор входов для инвестора: туризм, логистика, агро, инфраструктура.

Кавказ в этом смысле все больше напоминает не один регион, а сборку разных экономических моделей. Где-то ставка на курорты и горнолыжную инфраструктуру. Где-то — на агропром и переработку. Где-то — на логистику и транспортные коридоры. Где-то — на цифровые компетенции, исламский банкинг, креативные индустрии и локальные бренды.

Флэшбэк: от караванной дороги к инвестиционному коридору

Исторически Кавказ всегда был пространством прохода. Через него шли военные дороги, торговые маршруты, культурные влияния, миграции, административные границы, имперские проекты. В XXI веке та же география получает новую терминологию: коридор «Север — Юг», мультимодальная логистика, пункты пропуска, аэропортовая инфраструктура, цифровой документооборот.

На КИФ-2026 это особенно явно прозвучало в экономическом блоке. Заместитель Министра экономического развития Денис Тюпышев на сессии «Диверсификация экономики: как из потенциала создать магнит для капитала» говорил о том, что СКФО активно развивается: ВРП округа в 2024 году достиг 4,2 трлн рублей, а инвестиции в основной капитал в 2025 году выросли на 10%. В его выступлении Кавказ выглядел уже не только туристической территорией: промышленность, строительство, транспорт, локализация технологий, особые экономические зоны, территории опережающего развития.

Формула Тюпышева была достаточно прагматичной: «Это территория реальных возможностей для инвесторов. Низкая стоимость энергоресурсов, развитая логистика, в том числе коридор “Север — Юг”, и главное — огромный потенциал в туризме, агропереработке и человеческом капитале».

Важное уточнение — открытость для бизнеса, в том числе иностранного, но с принципиальным требованием к профилю инвестора: прозрачность и честная конкуренция.

Рядом — ВЭБ.РФ и система сопровождения проектов InvestRussia.

Заместитель председателя ВЭБ.РФ Мурат Керефов сообщил, что в систему вошли проекты с объемом вложений свыше 300 млрд рублей. Среди примеров — завод по выпуску карбамида в Волгограде, разработки месторождений в Башкортостане и Челябинской области, круглогодичное производство овощей в Омской области. Казалось бы, не только Кавказ.

Но логика важна: форум про СКФО становится площадкой разговора о том, как вообще сопровождать инвестиции в России через механизм «одного окна».

Пленарная рамка: 5,2 трлн рублей за пять лет

Один из центральных тезисов второго дня прозвучал от Министра экономического развития Максима Решетникова: за последние пять лет Северо-Кавказский федеральный округ привлек в экономику 5,2 трлн рублей инвестиций. Промышленность в округе, по его словам, растет в среднем на 7,1% ежегодно против 3,8% по стране, обработка — на 7,6%, сельское хозяйство — на 5,9%, уровень безработицы снизился почти в два раза — до 7,6%, собственные доходы регионов выросли в 1,6 раза.

Это тот случай, когда статистика становится частью сюжета. Потому что цифры здесь работают не сами по себе, а как доказательство смены интонации: Северный Кавказ хотят показывать не через проблему, а через динамику.

Решетников сформулировал это так: «Главное, что нам удалось запустить новый инвестиционный цикл на Кавказе. За этим стоит последовательная работа по снятию инфраструктурных и регуляторных ограничений, расширению мер поддержки и формированию комфортной деловой среды».

В этой фразе вся логика КИФ-2026: инвестиционный цикл не возникает из одного соглашения, одного курорта или одного губернаторского выступления. Он собирается из множества скучных, но необходимых элементов: дороги, аэропорты, кадры, налоги, льготное финансирование, понятные процедуры, сопровождение проектов, снижение административных барьеров.

День третий. 30 апреля

Архыз, аэропорт и инфраструктура как обещание

Третий день форума был похож на финальный монтаж: здесь сошлись инфраструктура, здоровье, креативная экономика, экология, МСП и итоговая политическая рамка.

Одним из самых наглядных событий стала церемония установки знака нулевого километра будущего аэропорта Архыз. Видеосвязь, официальные лица, проект с горизонтом до конца десятилетия — все как положено для инфраструктурной новости. Но за этим стоит очень понятная бытовая логика: если до курорта нужно несколько часов ехать из Минеральных Вод, часть туристов просто не доедет. А если рядом появляется аэропорт, меняется экономика всей территории.

В проекте заявлены взлетно-посадочная полоса длиной 3 км, две рулежные дорожки, три телетрапа, командно-диспетчерский пункт, пропускная способность не менее 1000 пассажиров в час, а к 2032 году — потенциально до 2 млн пассажиров в год. Строительство планируют начать во втором полугодии 2026 года, завершение ожидается в 2029 году.

Александр Новак назвал аэропорт Архыз важным этапом развития транспортной и туристической инфраструктуры Северного Кавказа.

Максим Решетников подчеркнул, что повышение транспортной доступности позволит быстрее запускать инвестиционные проекты в туризме, увеличит загрузку курортов и даст импульс МСП.

Андрей Никитин напомнил, что это будет первый долгожданный аэродром в Карачаево-Черкесии, который поможет туристам добираться до Архыза и Домбая без многочасового автомобильного плеча.

Когда-то Кавказ осваивался дорогами — военными, торговыми, железными. Теперь — аэропортами, цифровыми платформами и логистическими хабами. География та же, но скорость другая.

Кавказ как здоровье

Сессия «КавМинВоды: инвестиции в здоровье страны» вернула форум к самой старой и самой устойчивой теме региона — курортам и лечению. Но говорили уже не только о санаториях в классическом смысле. Обсуждали современную индустрию оздоровительного туризма, профилактику, семейную аудиторию, молодеющего потребителя, качество жизни.

Глава города-курорта Ессентуки Владимир Крутников сформулировал это просто: «Мы за активный туризм, нам есть чем гордиться, нам есть что показать и чем порадовать наших гостей». Вроде бы обычная фраза, но она показывает важный сдвиг: курорт перестает быть только местом лечения по назначению врача. Он становится пространством образа жизни.

В рамках сессии звучали данные о природно-лечебной базе Кавказских Минеральных Вод: более 20 лечебно-оздоровительных местностей и курортов, 70 месторождений минеральных вод, 179 учтенных природных лечебных ресурсов, из которых 72 имеют подтвержденные медицинские заключения и используются в практике. Это огромный ресурс, но ресурс не вечный и не самоорганизующийся. Ему нужны управление, экспертиза, регулирование, инфраструктура.

Очень точно прозвучала мысль заместителя председателя комитета Думы Ставропольского края по социальной политике и здравоохранению Николая Мурашко: «Ессентуки — это не просто курортная территория и не только точка экономического роста, это по-настоящему уникальное пространство для жизни, восстановления и внутреннего баланса».

Без лишней торжественности, но по существу: в России не так много мест, где экономика может расти не вопреки человеческому состоянию, а вокруг него.

Креативная экономика: от сувенира к сектору

Еще один важный нерв третьего дня — креативная экономика Кавказа. На деловом завтраке «Креативная экономика Кавказа: новые точки роста».

Александр Новак напомнил, что по итогам 2025 года доля креативной экономики в ВВП России достигла 4,2%, валовая добавленная стоимость составила 8,3 трлн рублей, а ориентир к 2030 году — 6% ВВП.

Для Кавказа это не декоративная тема. Здесь креативная экономика естественно цепляется за туризм, гастрономию, ремесла, кино, музыку, архитектуру, локальные бренды.

По данным, прозвучавшим в программе, доля креативной экономики в ВРП округа составляет 2,1%, но структура уже показательна: гастрономия, программное обеспечение, архитектура, реклама, кино. То есть речь идет не о «культурной добавке» к основной экономике, а о рынке, который можно считать, финансировать, масштабировать и продвигать.

Новак сказал: «Мы собрались на Северном Кавказе не случайно — это действительно самый креативный регион страны». Формулировка яркая, но за ней есть прагматичный смысл: молодое население, сильная культурная идентичность, туризм, локальные производства и визуальная узнаваемость региона создают базу для креативной экономики.

Максим Решетников добавил к этой теме важную трезвость: креативный сектор нужно рассматривать не только как творчество, но и как совокупность рынков. Для инвестора важны срок окупаемости, норма доходности, контроль затрат. То есть вдохновение хорошо, но финансовая модель все равно нужна.

Программа «Душа России. Юг», организованная социокреативной платформой Фонда Росконгресс — Фондом Инносоциум, стала символическим мостом между культурой и экономикой. Кинопоказы, творческие встречи, сессии о локальных брендах, музыке и кинопроизводстве — все это показывало, что идентичность можно не только хранить, но и превращать в современный язык развития.

Вера Подгузова из ПСБ добавила финансово-институциональную рамку: креативные индустрии требуют комплексного подхода — финансирования, инфраструктуры, продвижения, образовательных институтов и профессиональных сообществ.

МСП: не лавка у дома, а городская экономика

Сессия «Малый и средний бизнес: главный архитектор новой городской экономики» была одной из тех, где форумная риторика встречалась с реальной структурой экономики.

По данным Корпорации МСП, среди наиболее быстрорастущих отраслей МСП на Северном Кавказе — научно-техническая деятельность, туризм, информация и связь, строительство. При этом традиционная стационарная торговля сокращает долю, а торговля через интернет за пять лет выросла в 5,6 раза.

Директор департамента социально-экономического развития Северо-Кавказского федерального округа Минэкономразвития России Михаил Харсиев говорил о развороте от торговли к диверсификации — в IT, науку, образование, туризм и производство. Это важная перемена: малый бизнес рассматривается уже не только как занятость и самозанятость, а как часть новой городской экономики.

Здесь же звучали инструменты поддержки. С 2020 года МСП Банк предоставил малому и среднему бизнесу СКФО почти 72 млрд рублей поддержки, включая гарантии и кредиты. Были соглашения с Дагестаном, КАВКАЗ.РФ, проекты цифрового инвестиционного хаба. Врио председателя правления МСП Банка Алексей Потапов подчеркнул, что Северный Кавказ демонстрирует самый высокий темп роста числа субъектов МСП в стране, а задача банка — обеспечить доступное финансирование.

В этом есть важная логика: если крупная инфраструктура создает каркас, то МСП заполняет его жизнью. Аэропорт сам по себе не делает регион успешным. Курорт сам по себе не создает экономику. Но вокруг них появляются кафе, гостиницы, транспорт, сервисы, ремесла, маркетплейсы, локальные бренды, образовательные программы, маленькие производства. Так и возникает среда.

Экология: природа не декорация

Кавказский инвестиционный форум не мог обойти экологическую тему. Сессия «Приумножение природы Северного Кавказа: экологические вызовы и новая модель развития территорий СКФО» была важна именно потому, что туризм и инфраструктура здесь напрямую зависят от природы. Нельзя бесконечно продавать горы, если не умеешь их сохранять.

Советник генерального директора АО «Кавказ.РФ» Алексей Елин говорил о том, как курортная инфраструктура должна встраиваться в природный ландшафт: настилы, перила, подстилающий слой, экотропы, минимизация воздействия.

Генеральный директор ООО «Роза Хутор» Константин Нестеров обратил внимание на климатические изменения: интенсивные осадки, сокращение снежного покрова, необходимость инженерных решений, систем управления природными водами и современных подходов к оснежению.

Его фраза звучит как хороший итог экологического блока: «Климатические вызовы не должны становиться оправданием для отказа от заботы о природе, а напротив стимулировать внедрение более продуманных и устойчивых практик».

Это, пожалуй, одна из самых важных мыслей для Кавказа. Природа здесь не фон для инвестиционной презентации. Она и есть главный капитал. Ошибка в природопользовании будет дороже любой неудачной сессии.

Итоги: форум как сборка региона

КИФ-2026 завершился как большое упражнение по сборке Северного Кавказа в единую инвестиционную картину. На правительственном уровне прозвучало, что объем капиталовложений в округ в прошлом году увеличился на 10% и приблизился к 1,5 трлн рублей.

Были подписаны соглашения примерно на 400 млрд рублей. Обсуждались туризм, промышленность, энергетика, агропром, логистика, исламское финансирование, креативная экономика, образование, экология, цифровизация, МСП и международное сотрудничество.

Александр Новак по итогам отметил, что форум подтвердил роль площадки для диалога бизнеса и власти, где рождаются идеи и заключаются стратегически важные соглашения. Антон Кобяков подчеркнул международное измерение: участники из 30 стран, гости из России, СНГ и стран «каспийской пятерки». Максим Решетников вновь вернул разговор к системной поддержке округа: инфраструктура, аэропорты, транспортный коридор «Север — Юг», туризм, инвестиционные механизмы.

Но если убрать официальный слой, останется главное: Северный Кавказ на этом форуме был представлен как территория перехода. От старого образа — к новой экономике. От природного потенциала — к управляемому инвестиционному проекту. От молодежной энергии — к институтам поддержки. От локальной культуры — к креативной индустрии. От дороги через горы — к аэропортам, логистическим хабам и цифровым платформам.

И здесь важно не переиграть с оптимизмом. Форум — это не гарантия будущего, а его черновик. Соглашения еще нужно исполнить. Аэропорт — построить. Молодежь — удержать. Кадры — подготовить. МСП — профинансировать. Экологический баланс — не нарушить. Креативную экономику — не превратить в набор сувенирных слов.

Но именно поэтому КИФ-2026 выглядит не просто деловым событием, а попыткой проговорить новую формулу Кавказа. Не «регион с потенциалом» — эту фразу говорят десятилетиями. А регион, где потенциал постепенно переводят в проекты, инфраструктуру, рабочие места, бренды, маршруты, образовательные программы и инвестиционные соглашения.

Возможно, главный сюжет форума был не в том, что Кавказ расширяет горизонты возможностей. А в том, что эти горизонты наконец начинают чертить на конкретной карте: с датами, залами, фамилиями, сессиями, цифрами и людьми, которым предстоит сделать так, чтобы форумная программа не осталась красивым расписанием на три апрельских дня.

--

👉 Подписывайтесь на мой Telegram-канал: https://t.me/druzin

--

Автор: Станислав Друзин
Фото: Фонд Росконгресс / roscongress.org, пресс-служба DRUZIN.RU
Источник: авторский взгляд с площадки Кавказского инвестиционного форума 2026 — по личным наблюдениям, деловой программе и публичным тезисам форума.

В Москве, в Национальном центре «Россия», с 27 по 29 апреля прошел II Открытый диалог «Будущее мира. Новая платформа глобального роста» — событие, которое по форме напоминает международный форум, по содержанию — конкурс идей, а по внутренней логике — попытку собрать черновик будущего из десятков голосов, стран, профессий и интонаций.

Здесь не столько «обсуждали повестку», сколько проверяли: можно ли из эссе, семиминутных выступлений, панельных дискуссий и экспертных комментариев собрать не абстрактный прогноз, а набор решений. Не просто сказать, что мир меняется, — это уже давно общее место. А понять, кто и как будет в этом меняющемся мире жить, учиться, работать, лечиться, обмениваться данными, строить города и сохранять суверенитет.

Формула события выглядела почти газетно: три дня, четыре вектора, 102 автора из 43 стран. Но за этой арифметикой стоял более широкий масштаб: в этом году на конкурс поступило 1638 эссе из 98 стран, а сам проект, по оценкам организаторов, объединяет уже более 3000 авторов и экспертов из более чем 120 стран мира.

Когда-то международные идеи собирались в толстые сборники, которые читали министерства, академии и несколько специализированных институтов. Потом пришла эпоха форумов: бейджи, панели, кофе-пойнты, переводчики, камеры. Теперь появляется третий формат — когда эссеист из Эфиопии говорит о суверенной мобильности данных, профессор из ОАЭ — о долголетии, студентка из Марокко — о цифровом суверенитете, а российский политический спикер связывает всё это с глобальными мегатрендами. Не доклад о будущем, а монтаж будущего.

День первый. 27 апреля

Эссе как пропуск в разговор о мире

Первый день Открытого диалога был устроен как внутренняя сборка большого механизма. Сначала — приветствие, затем закрытые питчинги, затем голосование. На сцену и в переговорные пространства выходили авторы эссе, прошедшие очный этап. У каждого было до семи минут, чтобы объяснить свою идею — внятно, быстро и без академической роскоши на сорок страниц.

Открыл очную часть Максим Орешкин, заместитель Руководителя Администрации Президента Российской Федерации и заместитель председателя организационного комитета НЦ «Россия». Его вводная рамка была важна: привычная карта мира — экономическая, политическая, технологическая — меняется; центры роста смещаются; конкуренция моделей развития усиливается; технологии ускоряют процессы.

«Нам нужны не только точные оценки происходящего, но и предложения о том, как раскрывать потенциал человека», — сказал Максим Орешкин.

Это был не просто официальный старт. В этих словах задавалась логика всего форума: мысль должна пройти путь от текста к проверке, от авторской формулировки — к публичному обсуждению, от идеи — к возможной реализации.

Четыре вектора звучали как четыре направления будущей карты: «Инвестиции в человека», «Инвестиции в связанность», «Инвестиции в технологии» и «Инвестиции в среду». Каждое направление — не только тема, но и своего рода способ смотреть на развитие. Человек — это образование, здоровье, долголетие, труд. Связанность — данные, логистика, инфраструктура, доверие. Технологии — искусственный интеллект, платформы, роботы, цифровой суверенитет. Среда — города, климат, экология, качество жизни.

В жюри и экспертном круге появились люди из разных стран и профессиональных миров: Цзянь Лянь из Китая, Джозеф Потвин из Канады, Франсуа Нденгве из Камеруна, Сергей Иванов из ГК «ЭФКО», Владимир Седов, основатель «Асконы» и создатель Доброграда, Юнес Беннане из Марокко, Мэтью Маавак из Малайзии и другие. Важная деталь — среди экспертов были и участники прошлых лет. То есть Открытый диалог стал не разовой сценой, а системой возвращения: вчера ты писал эссе, сегодня оцениваешь новые идеи.

Это хороший признак институциональности. Не просто провести форум, поставить пресс-волл, раздать сертификаты и разъехаться. А начать формировать сообщество, где участники возвращаются уже в другой роли.

Иностранные голоса: Россия как место возвращения

В этот же день в публичном поле прозвучали личные интонации иностранных участников. Озджан Сариташ, главный редактор журнала Foresight, профессор прогнозирования будущего и стратегического планирования Рочестерского технологического института в Дубае, говорил о России не как о случайной командировке, а как о месте, с которым у него связана личная и профессиональная биография.

«Я прожил в России более 10 лет, и, если честно, я очень скучаю по вашей стране как в профессиональном, так и в личном плане», — признался он.

Это важная человеческая подробность. Потому что в больших международных форматах часто говорят языком деклараций: сотрудничество, устойчивость, многополярность, технологический обмен. А здесь вдруг появляется простая фраза: «я скучаю». И за ней — друзья, театры, галереи, память о стране, в которой человек не просто участвовал в конференциях, а жил.

Другой участник, Брайан Глисон, менеджер отеля Radisson Collection Paradise Resort & Spa, Sochi, говорил уже о самом принципе открытого разговора: глобальные проблемы требуют объединения мирового интеллектуального потенциала, а такие площадки позволяют разным культурам искать общее понимание.

На первый взгляд — обычная форумная мысль. Но в контексте этих трех дней она звучала точнее: Открытый диалог действительно был построен не вокруг одной национальной оптики, а вокруг попытки услышать разные типы будущего.

Первый отбор: кто прошел дальше

По итогам первого дня были выбраны сильнейшие авторы по четырем направлениям.

В треке «Инвестиции в технологии» отметили Махмуда Анвара из Пакистана, Руслана Гафарова из Азербайджана, Аю Арфауи из Марокко и Сергея Кондратьева из России.

В направлении «Инвестиции в среду» среди лучших оказались Татьяна Печеркина, Милена Милич, Сомья Бхоумик и Дарья Зорко.

В треке «Инвестиции в человека» жюри выделило Елену Миличевич-Пророкович, Леонарда Ландуа, Лубинду Хаабазоку и Вэйлань Сюй.

В векторе «Инвестиции в связанность» в число лучших вошли Иван Шумилов, Франсиско Туньес, Джузеппе Андрес и Соломон Гарди.

Так закончился первый день — не финалом, а сортировкой идей. И это, пожалуй, самая точная механика форума: будущее здесь не объявляли сверху, а пропускали через конкурс, обсуждение и голосование.

День второй. 28 апреля

Торжественный старт и большая рамка

Если первый день был внутренней лабораторией, то второй стал публичной витриной Открытого диалога. 28 апреля к участникам обратился Президент Российской Федерации Владимир Путин. В приветствии прозвучала мысль о том, что форум стал пространством профессионального общения без навязывания единственно верной точки зрения.

«Всех авторов, исследователей с разным опытом и взглядами объединила сильная и дерзкая идея сформировать общее понимание будущего — будущего мира, который вступил в эпоху глубинных структурных изменений», — отметил Владимир Путин.

Здесь снова возникает исторический контраст. В XX веке будущее часто проектировали блоками: капиталистический мир, социалистический мир, третий мир, движение неприсоединения. Потом наступили 1990-е, и многим показалось, что большая идеологическая развилка закрыта. Но XXI век быстро показал обратное: никакого единого маршрута нет. Есть конкуренция платформ, демографий, технологий, валют, университетов, данных и моделей суверенитета.

Именно об этом говорил в своем докладе Максим Орешкин, представляя глобальные мегатренды. Он выделил три ключевых направления: изменение глобальной геоэкономической картины, демографию и технологический тренд. Центральным понятием стал суверенитет — государственный, общественный и социально-экономический.

«Мир меняется, и этот процесс неизбежен. Основа изменений — трансформация структуры глобальной экономики. Мы видим, как центры не только экономического роста, но и экономической активности переместились в страны БРИКС», — сказал Максим Орешкин.

В его логике страны БРИКС становятся не просто клубом альтернативной географии, а пространством, где будут формироваться новые технологические решения, финансовые связи и торговые маршруты. Отдельное место занял искусственный интеллект. По словам Орешкина, инвестиции в генеративный ИИ только за 2025 год превысили 450 млрд долларов, а следующий этап развития может быть связан с самостоятельной эволюцией моделей.

Здесь особенно интересно, что разговор об ИИ был встроен не в привычную восторженную схему «роботы всё изменят», а в более широкий вопрос: кто контролирует данные, платформы, инфраструктуру и правила игры.

Инвестиции в человека: долголетие, образование и новая трудовая биография

Панельный питчинг «Инвестиции в человека» вела Селина Нери — сооснователь, генеральный директор и декан Future Readiness Academy из ОАЭ, приглашенный профессор Школы управления СКОЛКОВО. Ее выступление было одним из самых человеческих по тону. Она говорила о мире, который перестал быть линейным и предсказуемым, а значит, образование должно готовить не к одной профессии на всю жизнь, а к долгой фазе неопределенности.

«Неопределенность никуда не исчезнет. Она будет менять форму как платье: ткань, цвет, размер, но останется с нами надолго», — сказала Селина Нери.

Это, пожалуй, одна из самых точных фраз форума. Без тяжеловесной терминологии, но по существу: стабильность больше не обещана, а значит, нужно учиться жить не после перемен, а внутри них.

В финале трека победил Лубинда Хаабазока, экономист и директор Высшей школы бизнеса Университета Замбии. Его идея — рассматривать образование как общий язык сотрудничества в рамках БРИКС. Взаимное признание дипломов, совместные программы, исследовательские консорциумы — звучит бюрократически, но на самом деле это очень практичный вопрос. Потому что без образовательной инфраструктуры многополярность остается лозунгом, а с ней получает кадры, университеты, дипломы и академическую мобильность.

«Система образования — это тот общий язык, который мы можем построить в рамках БРИКС», — отметил Лубинда Хаабазока.

Инвестиции в связанность: данные как новое золото

Трек «Инвестиции в связанность» модерировал экономист Центра прикладных исследований TALAP из Казахстана Рахим Ошакбаев. Он внес в дискуссию важную трезвость. По его словам, когда речь идет о связанности, нужно смотреть не только на эффективность, но и на устойчивость. Главное правило живучести — наличие альтернативы.

«Мы должны придерживаться “архитектуры брони”, которая содержит четыре главных аспекта: самодостаточность инфраструктурной связанности, цифровой суверенитет, защищенные транзакции, а также резервирование и избыточность», — сказал Рахим Ошакбаев.

Здесь форум попал в нерв времени. Связанность еще недавно казалась почти безусловным благом: чем больше связей, тем лучше. Но современный мир показал, что связь может быть и инструментом зависимости. Платежные системы отключаются, платформы меняют правила, данные утекают, логистические маршруты перестраиваются за месяцы.

Победителем направления стал Соломон Гарди, аспирант Университета Аддис-Абебы из Эфиопии. Его образ — данные как «новое золото» — прост, но работает. Он говорил о странах Глобального Юга, чьи данные генерируются внутри страны, а обрабатываются за ее пределами. В результате ресурс есть, но добавленная стоимость уходит наружу.

«Данные — это наш ресурс, такой же, как нефть, как золото в прошлом. Это новое золото нашего времени», — сказал Соломон Гарди.

Его предложение — суверенная мобильность данных и коридоры данных, позволяющие обрабатывать информацию без потери национального контроля. В качестве одного из первых направлений он назвал здравоохранение и эпидемиологический контроль.

В XIX веке спорили за уголь и железные дороги. В XX — за нефть, порты и атом. В XXI всё чаще спорят за данные, алгоритмы и вычислительные мощности. И если раньше сырье вывозили кораблями, то теперь оно может уходить почти незаметно — через сервера, облака и платформы.

Инвестиции в технологии: ИИ, этика и цифровой суверенитет

Трек «Инвестиции в технологии» вел Алексей Шпильман, директор по развитию технологий ИИ компании «Т-Технологии». Его тезис был деловым и почти управленческим: искусственный интеллект нельзя просто «прикрутить» к старым процессам. Чтобы получить эффект, нужно перестраивать сами процессы.

«К нему часто относятся как к еще одному инструменту, который нужно встроить в существующие системы и управлять им так же, как и другими инструментами. Это замедляет трансформацию», — отметил Алексей Шпильман.

Он же выделил четыре этических правила использования ИИ в образовании: человек должен оставаться главным, работа ИИ должна быть прозрачной, данные должны быть защищены, а преподаватели и пользователи должны обладать ИИ-грамотностью.

Победителем трека стала Ая Арфауи, студентка Рабатского университета Мохаммеда V из Марокко. Она подняла вопрос цифрового суверенитета развивающихся стран и предложила не создавать очередную новую организацию, а наполнить реальным содержанием уже существующие институты защиты прав, данных и цифрового регулирования.

Ее мысль особенно важна тем, что цифровой суверенитет здесь не понимается как изоляция. Это не «закрыться от мира», а договориться о правилах, стандартах и механизмах исполнения. И в этом смысле технологический трек неожиданно оказался не только про ИИ, но и про право, политику, международные институты и способность государств разговаривать с крупными технологическими компаниями не поодиночке.

Инвестиции в среду: от ВВП к реальному богатству

В направлении «Инвестиции в среду» ведущим экспертом выступил Джеймс Лоу, генеральный директор и основатель Cybertecture из Китая. Он говорил о среде как о пространстве, где экономика, экология, здоровье, города и человеческое благополучие связаны гораздо теснее, чем принято считать.

«Мы все время говорим: вырос ВВП или упал. Но ВВП — это очень узкий подход. Он ничего не говорит о том, здоровы ли вы, радостны, есть ли у вас надежда и дом», — заметил Джеймс Лоу.

Победителем трека стал Сомья Бхоумик, научный сотрудник Observer Research Foundation из Индии. Он предложил пересмотреть саму систему измерения экономического успеха. ВВП, по его словам, похож на верхушку свадебного пирога: красиво выглядит, но не показывает, что находится внутри — человеческий, природный и физический капитал.

Эта мысль не новая в мировой экономической дискуссии, но в контексте Открытого диалога она прозвучала как практическая: если мир меняется, нельзя продолжать измерять его только старой линейкой. Иначе можно зафиксировать рост там, где на самом деле истощаются ресурсы, ухудшается здоровье, деградирует среда и теряется человеческий капитал.

День третий. 29 апреля

От обсуждения к наставничеству

Финальный день стал днем сборки итогов. Максим Орешкин подвел результаты II Открытого диалога и выделил главное отличие второго события от первого: больше внимания теперь уделяется реализации идей.

«Введен формат наставничества — российский бизнес, международные компании начинают работать с эссеистами, привлекать их к своим проектам и действительно помогают реализовывать идеи эссеистов уже с точки зрения бизнеса, общества и всего человечества», — сказал Максим Орешкин.

Это, возможно, самая важная организационная новость всего форума. Потому что у конкурсов идей есть вечная проблема: идеи красиво звучат, попадают в сборники, получают дипломы — и дальше остаются в PDF. Наставничество должно стать попыткой вывести их из презентационного режима в проектный.

По итогам мероприятия уже выпущен сборник из 300 эссе, опубликованных на сайте проекта на разных языках и распределенных по четырем книгам: «Инвестиции в человека», «Инвестиции в связанность», «Инвестиции в технологии» и «Инвестиции в среду».

В финальной сессии снова прозвучали победители направлений: Ая Арфауи, Соломон Гарди, Сомья Бхоумик, Лубинда Хаабазока. Их идеи разные, но между ними есть общая линия: будущее должно быть не только технологичным, но и справедливым с точки зрения доступа — к данным, образованию, среде, институтам и возможностям.

Campfire: молодежная встреча и разговор без парадной дистанции

Отдельным событием финального дня стала молодежная встреча OD Campfire с Максимом Орешкиным. В ней участвовали студенты НИУ ВШЭ, МГУ имени М. В. Ломоносова, РУДН, Московской школы управления Сколково, а также эссеисты Открытого диалога.

Обсуждали экономику, искусственный интеллект, образование, глобальные тренды и технологический суверенитет. В одном из ответов Орешкин сформулировал российскую модель сотрудничества через идею совместного развития.

«Россия приходит для того, чтобы развиваться вместе, а не собирать колониальный сбор со стран, не имеющих доступа к технологическим решениям. Мы за то, чтобы вместе развиваться», — сказал он.

Здесь снова проявилась одна из главных тем форума: суверенитет не как одиночество, а как условие равноправного обмена. Эта формула может нравиться или не нравиться, с ней можно спорить, но она явно задавала политическую и интеллектуальную рамку Открытого диалога.

На встрече также прозвучало приглашение к продолжению общения на Международном фестивале молодежи, который пройдет в Екатеринбурге с 11 по 17 сентября 2026 года. И это важная связка: форум в Москве не должен остаться отдельной точкой, а превращается в маршрут.

После форума

Что осталось за кадром официальной хроники

После таких событий обычно остаются протокольные итоги: сколько стран, сколько участников, кто выступил, кто победил, где будут представлены выводы. Здесь тоже есть такая фактура: выводы Открытого диалога будут рассмотрены на Петербургском международном экономическом форуме, учтены в его деловой программе, а эссеисты и эксперты будут привлекаться к работе на площадке БРИКС и при подготовке к саммиту «Россия — Африка».

Но если убрать официальную обвязку, остается более интересный вопрос: о чем на самом деле был этот Открытый диалог?

На мой взгляд, не только о будущем мира. И даже не только о новой платформе глобального роста. Он был о том, что старая универсальная модель развития больше не работает как единственный шаблон. Страны, университеты, города, технологические компании, исследователи и молодые авторы ищут новые комбинации: как сохранить суверенитет и не уйти в изоляцию; как использовать ИИ и не отдать ему человека; как развивать данные и не превратить их в новый вид сырьевой зависимости; как измерять экономику не только ВВП; как сделать образование не привилегией отдельных центров, а инфраструктурой многополярного мира.

Китайская профессор Вэйлань Сюй, заместитель декана Цицикарского медицинского университета, уже после завершения основной программы сказала, что Открытый диалог помогает «открыть глаза», изменить международное восприятие друг друга и увезти идеи домой — для применения в своих странах.

Это, пожалуй, и есть спокойная, без лишнего пафоса формула всего события. Не все идеи будут реализованы. Не все предложения станут программами. Не каждое эссе превратится в проект. Но сама попытка собрать людей из разных стран и дать им не только микрофон, но и дальнейший маршрут — уже показатель времени.

Когда-то будущее описывали футурологи. Потом его стали презентовать технологические корпорации. Теперь его всё чаще пытаются обсуждать те, кого это будущее напрямую затронет: преподаватели, аспиранты, предприниматели, исследователи, студенты, экономисты, урбанисты, специалисты по данным, представители стран Глобального Юга.

И в этом смысле II Открытый диалог в НЦ «Россия» был рассказом о том, как из конкурса эссе постепенно пытаются сделать международную лабораторию идей. Не идеальную, не окончательную, не свободную от больших политических рамок, но живую — потому что в центре этой конструкции всё-таки остается человек: тот, кто пишет, спорит, сомневается, предлагает и пытается представить, каким будет следующий этап мира.

--

👉 Подписывайтесь на мой Telegram-канал: https://t.me/druzin

--

Автор: Станислав Друзин
Фото: Пресс-служба Национального центра «Россия»
Источник: авторский взгляд с площадки II Открытого диалога «Будущее мира. Новая платформа глобального роста» в Национальном центре «Россия» — по личным наблюдениям, деловой программе и публичным тезисам форума.

14–16 апреля 2026 года в Москве прошёл IV Российский форум индустрии дизайна. По форме — деловая программа, сессии, пленарные дискуссии, регламенты, фамилии и ведомства. По сути — разговор о том, как дизайн в России выходит из декоративной зоны и становится языком промышленности, технологий, национальной идентичности и международного присутствия.

Автор: Станислав Друзин
Фото: Пресс-служба Национального центра «Россия»

Дизайн уже не про “сделать красиво”

14 апреля в Москве стартовал IV Российский форум индустрии дизайна. Формально — крупное отраслевое мероприятие. По расписанию — сессии, пленарные дискуссии, лектории, залы, регламенты, фамилии, должности, партнёры, организаторы.

Но если смотреть внимательнее, за этой деловой конструкцией проступает более интересная история: как дизайн в России пытается окончательно выйти из декоративной зоны и стать языком промышленности, экономики, технологического суверенитета и даже международных отношений.

То есть уже не просто «сделать красиво». Не подобрать цвет, шрифт, форму упаковки и не объяснить заказчику, почему логотип нельзя растягивать в Word. Речь идёт о другом: о том, как через форму предмета, интерфейс, ткань, городскую среду, промышленное изделие и цифровой сервис страна рассказывает о себе — себе самой и внешнему миру.

Форум проходил с 14 по 16 апреля. Первый день принял Российский государственный университет имени А. Н. Косыгина — место символическое. Университет в 2026 году отмечает 105-летие. В российской истории это почти классический сюжет: учреждение, которое выросло из индустриальной эпохи ткани, производства, лёгкой промышленности, теперь оказывается в центре разговора о цифровом продукте, UX, искусственном интеллекте и дизайн-дипломатии.

РГУ им. А. Н. Косыгина здесь выглядит не просто площадкой. Он как архив и лаборатория одновременно. С одной стороны — память о промышленной школе, ремесле, материале, фабрике. С другой — попытка понять, каким должен быть продукт в мире, где покупатель всё чаще выбирает не только вещь, но и опыт, интерфейс, ценность, историю.

День первый. Косыгинский университет: от ткани к промышленному коду

Открытие форума прошло в привычной для крупных федеральных мероприятий рамке: приветственные слова, официальные формулировки, перечисление задач. Но внутри этих формулировок была заметна важная перемена. Дизайн больше не описывали как прикладное украшение. Его всё чаще называли частью экономической стратегии.

С приветственным словом к участникам обратились заместитель директора по творческим и культурным инициативам Фонда Росконгресс, директор Российского форума индустрии дизайна Екатерина Иванова, ректор РГУ им. А. Н. Косыгина Валерий Белгородский и сенатор, член Комитета Совета Федерации Российской Федерации по бюджету и финансовым рынкам Елена Дягилева.

Валерий Белгородский напомнил, что в 2026 году университет отмечает 105-летие. И здесь важна не только сама дата, но и её смысл. Университет, исторически связанный с лёгкой промышленностью, дизайном, креативными индустриями и гуманитарно-технологическим образованием, становится площадкой разговора о кадровом и технологическом суверенитете.

«В 2026 году Университет отмечает 105-летие со дня основания — значимую дату в истории одного из ведущих российских центров подготовки кадров для отраслей лёгкой промышленности, дизайна, креативных индустрий и гуманитарно-технологического образования. В рамках юбилейного года реализуется комплекс стратегических инициатив, направленных на дальнейшее развитие научно-образовательного потенциала Университета и укрепление его роли в формировании кадрового и технологического суверенитета страны», — отметил Валерий Белгородский.

Небольшой исторический флэшбэк здесь напрашивается сам собой. Советская промышленная культура долго жила по логике «сначала функция, потом форма». Главное — чтобы работало, производилось, выполняло норму. Дизайн часто шёл следом — как приличная одежда на уже готовый механизм. В новой экономике всё наоборот: форма, сценарий использования и пользовательский опыт входят в продукт с самого начала. Вещь сначала должна быть понята человеком, а потом уже доказать ему свою полезность.

Именно поэтому сессия «Промышленный дизайн: кооперация науки, бизнеса и индустрии» стала одной из ключевых в первый день. Участники обсуждали взаимодействие университетов, креативных бюро, корпораций и государства. На первый взгляд — типовая связка для деловой программы. Но по сути это вопрос о том, кто сегодня вообще создаёт промышленный продукт: инженер, дизайнер, маркетолог, технолог, аналитик данных или государственный заказчик?

Ответ, кажется, звучал так: все вместе. И если они не научатся работать в одной системе, продукт снова окажется либо технически сильным, но визуально и пользовательски слабым, либо красивым, но оторванным от производства.

В сессии участвовали ректор РГУ им. А. Н. Косыгина Валерий Белгородский, руководитель Федеральной службы по интеллектуальной собственности Юрий Зубов, президент АНО «Креативная экономика» Марина Монгуш, заместитель руководителя Секретариата Заместителя Председателя Правительства Российской Федерации Антоний Швиндт, генеральный директор Национального центра промышленного дизайна ЛАБ 2050 Дарья Топильская, основатель и генеральный директор SmirnovDesign, вице-президент Союза дизайнеров России Сергей Смирнов, главный дизайнер продуктов ИКС-Холдинг Владимир Шипилов.

Дарья Топильская сформулировала, пожалуй, один из главных тезисов дня: российский промышленный дизайн становится инструментом трансляции национальной идентичности.

«Для нас особенно важно, что российский промышленный дизайн становится ключевым инструментом трансляции национальной идентичности. Через форму, материал и эргономику продуктов мы проектируем не просто изделия, а культурный код страны, делая нашу эстетику узнаваемой на глобальном рынке. Осознание промышленного дизайна как стратегического актива — главный тренд текущего форума. Запрос на “национальное” становится не политическим лозунгом, а реальной задачей бизнеса», — отметила Дарья Топильская.

Это важная фраза. Потому что «национальное» в таких разговорах легко превращается в лозунг. Но здесь оно переводится в практический вопрос: как сделать предмет, интерфейс, промышленное решение или потребительский продукт узнаваемым не за счёт декоративной цитаты из прошлого, а за счёт современной, работающей формы.

Национальная идентичность без музейной пыли

В первый день в программе была и сессия «Формируется ли русская школа дизайна? Уникальность и глобальные тренды». Само название звучит почти как экзаменационный вопрос, но за ним стоит реальная проблема.

Что такое русская школа дизайна сегодня? Это орнамент? Материал? Цвет? Сдержанность? Масштаб? Инженерная прямота? Или способность соединять ремесленную традицию с промышленным производством?

Форум осторожно подводил к мысли: национальная идентичность в дизайне — это не копирование прошлого. Не бесконечные кокошники на упаковке и не попытка приклеить народный мотив к любому современному объекту. Это работа с культурной памятью как с ресурсом. С тем, что можно перевести на язык сегодняшнего продукта.

В этом смысле программа первого дня была выстроена очень показательно. Рядом с промышленным дизайном — фешен-бренды, инклюзивная среда, личный бренд дизайнера, коммерциализация студенческих проектов, «Стартап как диплом», национальная идентичность в глобальном дизайн-пространстве.

Форум как будто говорил: дизайнер будущего не может быть только автором красивой формы. Он должен понимать рынок, производство, интеллектуальную собственность, коммуникации, социальную функцию продукта и международный контекст.

И это, пожалуй, самый трезвый вывод первого дня. Дизайн взрослеет тогда, когда перестаёт быть разговором только о вкусе.

День второй. Национальный центр «Россия»: дизайн выходит на большую сцену

15 апреля форум переместился в Национальный центр «Россия». Само место добавляет разговору другую интонацию. РГУ им. А. Н. Косыгина — это цех, школа, лаборатория. Национальный центр «Россия» — уже витрина, сцена, пространство государственной рамки.

Главная тема форума — «Дизайн как стратегия: формула успеха отечественного продукта» — во второй день стала центральной. И здесь разговор окончательно вышел за пределы профессионального сообщества дизайнеров.

В Конгресс-зале прошла пленарная сессия «Аутентичность и многообразие российского дизайна: стратегия успеха отечественных продуктов». Модератором выступил главный стратег, руководитель предпринимательской платформы ВЭБ.РФ, заместитель директора направления «Новый бизнес» Агентства стратегических инициатив Михаил Хомич.

Среди участников были ректор РГУ им. А. Н. Косыгина Валерий Белгородский, управляющий директор по кооперации науки и бизнеса ГК «Ростех» Елена Дружинина, депутат Государственной Думы Российской Федерации, первый заместитель председателя Комитета по экономической политике Денис Кравченко, шеф-дизайнер АО «ТМХ» Евгений Маслов, президент АНО «Креативная экономика» Марина Монгуш, директор Инжинирингового центра «Кинетика» Владимир Пирожков, президент Союза дизайнеров России Виталий Ставицкий.

Здесь дизайн уже рассматривался как стратегический инструмент культурной, социальной и экономической трансформации. За последние годы, как подчёркивалось на сессии, он перестал быть декоративным элементом и стал частью производства высокотехнологичных изделий, городской среды, территориального развития и национальной идентичности.

Отдельно прозвучала тема Федерального закона о креативных индустриях, принятого в 2024 году. Это важная точка отсчёта: креативный сектор получил правовую рамку, а вместе с ней — возможность говорить с государством и бизнесом не только языком вдохновения, но и языком экономики.

Денис Кравченко отметил, что Минэкономразвития России завершает подготовку стратегии развития креативной экономики до 2036 года, а среди ключевых задач — снятие инфраструктурных, кадровых, рыночных и экспортных барьеров для дизайнеров, студий и локальных брендов.

«В настоящее время Минэкономразвития завершает подготовку стратегии развития креативной экономики до 2036 года, а на площадке Правительства создан межведомственный координационный совет. Среди наших ключевых задач — снятие инфраструктурных, кадровых, рыночных и экспортных барьеров для дизайнеров, небольших студий и локальных брендов. Особое внимание уделяется развитию креативных кластеров, подготовке кадров с учётом потребностей рынка, стимулированию спроса на дизайн со стороны реального сектора и поддержке выхода российских брендов на внешние рынки», — подчеркнул Денис Кравченко.

Это уже не романтика творческого класса. Это нормальная индустриальная повестка: кадры, экспорт, спрос, кластеры, малый и средний бизнес, интеграция в реальный сектор.

В 1990-е российский дизайн часто выживал как частная инициатива: студии, мастерские, первые бренды, первые попытки сделать «как на Западе», но по-своему. В 2000-е дизайн стал частью маркетинга и потребительского рынка. В 2010-е — частью цифровой экономики. А теперь его пытаются встроить в промышленную и внешнеэкономическую стратегию. Путь длинный, не всегда ровный, но направление видно.

Код наций: дизайн как дипломатия

Одна из самых интересных линий форума — международная. Сессия «Код наций: дизайн дипломатия и промышленный прагматизм. Кооперация со странами БРИКС, АСЕАН и Ближнего Востока» звучит почти как название внешнеполитического доклада, но на самом деле очень точно отражает новую роль дизайна.

Дизайн становится языком, на котором страны могут говорить друг с другом не только через протокол, соглашения и торговые балансы, но и через продукты, визуальные системы, ремёсла, технологии, материалы и потребительский опыт.

В этом смысле дизайн-дипломатия — не красивая метафора. Это вполне практичный инструмент. Если российские продукты выходят на рынки БРИКС, АСЕАН, Ближнего Востока или Африки, они должны быть понятны, конкурентоспособны и культурно считываемы. Недостаточно просто произвести вещь. Нужно, чтобы она говорила на языке рынка, но не теряла собственной идентичности.

Вот здесь и начинается самая сложная работа: соединить «код нации» и промышленный прагматизм. Не превратить культурный код в сувенирность. Не уйти в стерильный международный стиль, где всё выглядит одинаково — от банка до чайника. А найти форму, которая одновременно современна, технологична и узнаваема.

Для России это особенно важно. В условиях перестройки внешнеэкономических связей дизайн может стать не только эстетическим, но и коммуникационным ресурсом. Через него легче объяснять сложное: кто мы, что производим, чем отличаемся, почему наш продукт может быть интересен не только внутри страны.

Умный продукт: когда вещь начинает думать вместе с пользователем

Во второй день особое место заняла сессия «Умный продукт: как промдизайн и цифра создают новые рынки». Это уже территория, где промышленный дизайн встречается с IT, искусственным интеллектом, данными и UX.

Модератором выступил руководитель управления промышленного дизайна Департамента инвестиционной и промышленной политики Правительства Москвы Клим Перцев. Среди участников — промышленный дизайнер Холдинга Т1 Артём Закирченко, основатель и CEO takefi Борис Каганович, арт-директор Студии Артемия Лебедева Николай Морозов, промышленный дизайнер и основатель Бюро промдизайна «Масштаб» Ирина Жданова, основатель Карфидов Лаб Алексей Карфидов.

Ключевой тезис сессии: конвергенция промышленного дизайна и цифровых технологий формирует новый класс продуктов — интеллектуальные устройства и сервисы, которые способны адаптироваться к поведению пользователя и условиям среды.

Раньше продукт был вещью. Потом — вещью с инструкцией. Затем — вещью с приложением. Теперь он становится частью экосистемы: собирает данные, реагирует, обновляется, подстраивается, иногда даже предугадывает действие человека.

И тут возникает вопрос: где заканчивается промышленный дизайн и начинается UX? Или наоборот — где интерфейс становится продолжением физического объекта?

«Успешный умный продукт — результат синергии промышленного и UX-дизайна», — отметил Николай Морозов.

Фраза почти техническая, но за ней стоит большой сдвиг. Если раньше промышленный дизайнер отвечал за форму предмета, а UX-дизайнер — за экран, то теперь они работают с одним пользовательским сценарием. Человек не разделяет продукт на корпус, кнопку, приложение, уведомление и сервисную поддержку. Для него это единый опыт. И если в одном месте всё продумано, а в другом разваливается, продукт проигрывает.

Для российского рынка это особенно важный вызов. Технологические решения есть. Инженерные школы есть. Производственные компетенции есть. Но новый рынок выигрывает тот, кто умеет собрать всё это в понятный, удобный и эмоционально точный продукт.

ИИ и дизайн: не вместо человека, а против пустоты

Хотя искусственный интеллект не был единственной темой форума, он очевидно присутствовал в логике обсуждений о цифровых продуктах, данных, клиентском опыте и новых рынках.

ИИ в дизайне сегодня — это уже не футуристическая страшилка и не игрушка для генерации красивых картинок. Это инструмент исследования, прототипирования, анализа поведения пользователя, тестирования гипотез, персонализации интерфейсов и ускорения проектной работы.

Но есть важный нюанс. ИИ может ускорить создание вариантов, но не заменяет понимание контекста. Он может предложить форму, но не всегда понимает культурный код. Он может обработать данные, но не отвечает за стратегический выбор.

Поэтому разговор о дизайне на форуме был, по сути, разговором о человеческой ответственности в цифровой среде. Чем больше автоматизации, тем важнее становится вопрос: кто задаёт смысл? Кто решает, какой продукт нужен человеку? Кто отвечает за то, чтобы технология не превращалась в холодный интерфейс без доверия?

И здесь дизайн снова оказывается не оформлением, а переводчиком. Между машиной и человеком. Между производством и рынком. Между государственным приоритетом и реальной пользовательской привычкой.

Модная индустрия: от локального производства к глобальному присутствию

Отдельная линия второго дня — мода. Сессия «Модная индустрия как системный интегратор: от локального производства к глобальному присутствию» вывела разговор в сферу, где дизайн виден особенно наглядно.

Модератором выступил амбассадор WELLTEX, основатель сообщества «Человек, который шьёт» Антон Гуреев. Среди спикеров были президент Русской Ассоциации Фешен Индустрии Татьяна Белькевич, директор Офиса технологического лидерства СПбГУПТД Максим Ермачков, руководитель Департамента лёгкой промышленности и лесопромышленного комплекса Минпромторга России Дмитрий Кусков, директор по развитию ОАО «Шуйские ситцы» Катерина Матросова, российский дизайнер, основатель бренда PANAGERO Анна Прохорова, ректор Казанского государственного института культуры Роза Ахмадиева.

Здесь важен сам поворот: модная индустрия рассматривается не как набор отдельных брендов, а как система. Дизайн, производство, образование, коммуникации, малые тиражи, экспорт, региональные фабрики — всё это должно работать не разрозненно, а как единый механизм.

Это особенно актуально для России, где сильная школа текстиля и производства долго существовала отдельно от современной брендовой упаковки и международного продвижения. Сегодня задача другая: не просто сшить качественную вещь, а встроить её в историю, визуальную систему, рынок и экспортную стратегию.

День третий. От метрик опыта к культурной памяти

16 апреля форум продолжил работу в Национальном центре «Россия». В программе появились темы, которые хорошо показывают, насколько широким стал сам термин «дизайн».

«Исследование и проектирование опыта: как измерить то, что нельзя пощупать. Метрика пользовательского опыта без самообмана» — уже почти манифест новой продуктовой культуры. Пользовательский опыт нельзя просто положить на стол и измерить линейкой. Но его можно анализировать: через поведение, обратную связь, качественные интервью, метрики, повторные действия, конверсию, лояльность.

Рядом — «Дизайн на основе данных: как знание клиента и поведенческая аналитика меняют процесс развития продукта». Это продолжение той же темы: современный дизайн всё меньше похож на вдохновение в одиночной мастерской и всё больше — на системную работу с гипотезами, проверками, аналитикой и бизнес-результатом.

Но форум не ушёл только в цифру. В тот же день в программе была сессия «История и культура как фундамент современного российского дизайна». И это важный баланс. Потому что дизайн, основанный только на данных, рискует стать удобным, но безликим. А дизайн, основанный только на культуре, может стать красивым, но неработающим.

Сильный продукт появляется где-то между этими полюсами. Там, где есть исследование пользователя, производственная логика, культурная память и современный язык формы.

Итоги: от импортозамещения к собственному продукту

Финальная новость форума вышла под заголовком «Дизайн — инструмент технологического и культурного суверенитета». В Москве завершил работу IV Российский форум индустрии дизайна, прошедший с 14 по 16 апреля 2026 года.

В рамках форума состоялось более 40 экспертных сессий и дискуссий. Обсуждали аутентичность российского дизайна, промышленный дизайн и цифровые технологии, кооперацию со странами БРИКС, АСЕАН и Ближнего Востока, пользовательский опыт, дизайн-спринты для малого и среднего бизнеса, историю и культуру как основу современного российского дизайна, подготовку кадров и молодёжную повестку.

Советник Президента Российской Федерации Антон Кобяков отметил, что в современной глобальной экономике конкурентоспособность национальной промышленности определяется не только технологическим суверенитетом, но и способностью создавать продукты, которые хотят и выбирают люди.

«В современной глобальной экономике конкурентоспособность национальной промышленности определяется не только технологическим суверенитетом, но и способностью создавать продукты, которые хотят и выбирают люди. Перед российскими производителями стоит стратегическая задача — переход от импортозамещения к созданию уникальных продуктов, способных конкурировать на мировых рынках. Дизайн становится одним из ключевых ресурсов в решении этой задачи», — отметил Антон Кобяков.

Это, пожалуй, главный итог форума.

Импортозамещение — это реакция. Собственный продукт — это уже стратегия.

Можно заменить деталь, бренд, поставщика, программное решение. Но нельзя заменить смысл. Его нужно создать. И дизайн здесь становится не последним штрихом, а одним из первых вопросов: для кого продукт, зачем он, как он работает, что сообщает о производителе, стране, культуре и времени.

Екатерина Иванова подчеркнула, что форум подтверждает роль устойчивой площадки для диалога и совместной работы, позволяющей последовательно развивать отрасль и поддерживать новые инициативы.

«Особенно важно, что Форум сегодня уже подтверждает свою роль устойчивой площадки для диалога и совместной работы, которая позволяет последовательно развивать отрасль и поддерживать новые инициативы. Дизайн объединяет технологии, культуру и экономику — это лицо современной России», — подчеркнула Екатерина Иванова.

В рамках форума прошли показы дизайнерских коллекций Московского художественно-промышленного института, Казанского государственного института культуры, Санкт-Петербургского государственного университета промышленных технологий и дизайна, а также Школы моды Сергея Сысоева в РГУ им. А. Н. Косыгина. Коллекции, вдохновлённые русскими сказками, культурным наследием и национальными мотивами, были переосмыслены в современном ключе.

Состоялись и два соглашения: Фонд Росконгресс подписал документы о сотрудничестве с РГУ им. А. Н. Косыгина и Московским центром развития профессионального образования. Их цель — развитие кадрового потенциала отрасли, поддержка образовательных программ и интеграция дизайна в реальный сектор экономики.

Вместо послесловия. Дизайн как способ говорить о будущем

Если собрать все три дня форума в одну линию, получится история о взрослении отрасли.

Первый день — школа, промышленность, университет, материал, профессия.

Второй — стратегия, национальный код, международные рынки, цифровой продукт.

Третий — данные, пользовательский опыт, история, культура и кадровая система.

IV Российский форум индустрии дизайна получился не столько о дизайне как профессии, сколько о дизайне как способе думать о будущем. О том, как страна производит не только вещи, но и образы. Не только интерфейсы, но и доверие. Не только одежду, устройства и городскую среду, но и собственный язык присутствия в мире.

И здесь важно удержаться от лишнего пафоса. Дизайн не решит сам по себе всех промышленных, экспортных и технологических задач. Он не заменит производство, логистику, инвестиции, инженерную школу и управленческую дисциплину.

Но без него современный продукт всё чаще оказывается немым.

А IV Российский форум индустрии дизайна как раз был о том, как этот продукт должен заговорить — на языке формы, функции, культуры, цифры и рынка. Не громко. Не декларативно. Но узнаваемо.

--

👉 Подписывайтесь на мой Telegram-канал: https://t.me/druzin.

--

Автор: Станислав Друзин
Фото: Пресс-служба Национального центра «Россия»
Источник: авторский взгляд с площадки IV Российского форума индустрии дизайна — по личным наблюдениям, деловой программе и публичным тезисам форума.

Петербург в начале апреля для таких разговоров подходит идеально. Город, где из окна можно увидеть воду, камень, портовую память империи и северный ветер, очень убедителен, когда речь заходит о маршрутах, узлах, коридорах и больших инфраструктурных амбициях. Но МТЛФ-2026 оказался не только разговором о грузах, рельсах, морских путях и логистике. Он оказался разговором о другом: о том, что транспорт XXI века — это уже не только железо, но и код. Не только линия на карте, но и цифровой контур. Не только перевозка, но и данные, машинное зрение, предиктивная аналитика, беспилотность, платформы и кибербезопасность.

1 апреля. День, когда коридоры стали языком новой геоэкономики

Пленарка: логистика как политика

Форум начинался с большой рамки — с пленарной дискуссии «Мировые транспортные коридоры: интеграция и “бесшовная логистика”».

Уже в самом названии был зашит главный смысл МТЛФ: логистика больше не подаётся как вспомогательная отрасль, которая просто тихо обслуживает экономику. Она становится вопросом безопасности, влияния, суверенитета и новой международной архитектуры.

Эту интонацию сразу усилило приветствие Михаила Мишустина. Премьер подчеркнул символичность того, что первый Международный транспортно-логистический форум проходит именно в Петербурге — одном из важнейших транспортных узлов страны.

И дальше прозвучала формула, которая вообще могла бы стать эпиграфом ко всему форуму: Россия, по его словам, в условиях трансформации мировой экономики развивает устойчивые логистические связи и безопасные международные транспортные коридоры, чтобы повысить связанность территорий, нарастить экспорт, укрепить технологический и промышленный суверенитет и расширить перевозки в Евразии.

То есть с первых минут было понятно: разговор идёт не про склад и не про расписание. Разговор идёт про пересборку пространства.

Новые экономики, новые маршруты, новые платформы

На той же пленарке Максим Орешкин сформулировал, пожалуй, одну из самых важных мыслей форума. По его словам, в основе изменения логистики лежат перемены экономической активности по всему миру: центр силы смещается в сторону новых экономик, а страны БРИКС уже дают более 40% глобального ВВП.

И дальше — почти программная фраза:

«Этот тренд неизбежен — на смену устаревшей парадигме, старым игрокам придут новые, из стран БРИКС и стран глобального Юга. Откроются новые транспортные коридоры. Все это будет происходить на основе новых технологических решений и платформ».

Вот здесь транспорт окончательно перестал быть только транспортом. Потому что если новые коридоры строятся на основе платформ, то речь уже не просто о дороге, железной линии или морском маршруте. Речь идёт о цифровой архитектуре мира, где маршрут должен быть не только проложен, но и оцифрован, просчитан, защищён, синхронизирован и встроен в общий контур данных.

Россия как поставщик не только маршрутов, но и правил

В том же ключе прозвучало выступление Андрея Никитина. Министр транспорта РФ подчеркнул, что Россия предлагает партнёрам открытые и справедливые условия использования транспортных коридоров:

«Везде мы выстраиваем прозрачные и понятные правила. Мы никого не обманываем и не дискриминируем, мы со всеми работаем в открытой и честной позиции».

Это был важный акцент.

Форум всё время говорил не только об инфраструктуре, но и о режиме доверия вокруг неё. Не просто построить коридор, но и сделать так, чтобы он был предсказуемым, понятным, технологически устойчивым и политически читаемым. Никитин отдельно отметил и другое: основу транспортной системы страны составляют отечественные разработки, которыми Россия готова делиться с партнёрами. То есть коридор здесь понимается как экспорт не только логистики, но и инженерной школы.

Цифры Савельева и большой возврат маршрута

Виталий Савельев на пленарной сессии перевёл этот разговор в язык цифр. За пять лет объём перевозок по международному транспортному коридору «Север—Юг» вырос с 16 до 21,5 млн тонн, а по восточному направлению — с 243 до 308 млн тонн.

По его словам,

«доля российского транзита в общем объеме железнодорожных перевозок по маршруту Китай—Европа—Китай в 2025 году составила 88%»,

а по Северному морскому пути в 2024 году было перевезено около 38 млн тонн грузов — показатель, который, как он подчеркнул, превышает рекорд советского периода более чем в пять с половиной раз.

И вот здесь у форума проступил почти исторический подтекст. Советский транспортный миф когда-то строился на масштабе, мощности, героике маршрута и освоении пространства. В 2026-м тот же масштаб возвращается, но уже в другой оболочке: через контейнерные сервисы, коридоры, цифровое управление и транснациональную связанность.

Иностранные гости: мир тоже перестраивает логистику

Очень характерно звучали и выступления иностранных участников пленарки.

Сухейль Мухаммед Аль-Мазури, министр энергетики и инфраструктуры ОАЭ, говорил о строительстве первой в стране высокоскоростной магистрали между Дубаем и Абу-Даби и отмечал, что Россия остаётся одним из лидеров в строительстве транспортной инфраструктуры и имеет перспективы в экспорте технологий.

Салех бин Насер Аль-Джассер, министр транспорта и логистики Саудовской Аравии, говорил о перестройке логистических цепочек на фоне блокировки Ормузского пролива и ставке на железные дороги протяжённостью в 9 тысяч километров.

Коку Эдем Тенге, министр-делегат морской экономики Того, прямо обозначил Африку как альтернативный морской вектор и напомнил, что континент нуждается в российских удобрениях.

Чэнгуан Сюй, замминистра транспорта КНР, говорил о китайской логистической мощи — более 6 млн километров автотрасс и сети высокоскоростных железных дорог, покрывающей около 70% территории страны, — и о том, что между Россией и Китаем вот-вот заработают первые беспилотные маршруты.

Илхом Махкамов, министр транспорта Узбекистана, сделал акцент на унификации документов и технических регламентов как на ключе к цифровизации процессов и сокращению времени доставки грузов.

И это был, возможно, один из самых современных моментов первого дня. Потому что в старой логистике государства спорили о проходе, тарифе и мощности. В новой — всё чаще о совместимости документов, платформ и стандартов.

Высокая скорость как инженерный символ эпохи

На фоне всей этой геоэкономики особенно эффектно смотрелась тема высокоскоростных магистралей.

На выставке МТЛФ представили макет первого российского электропоезда для ВСМ: от Петербурга до Москвы со скоростью 360 км/ч, первые восемь вагонов — уже в этом году, к 2040 году — выпуск 260 поездов. Ожидаемый пассажиропоток к 2030 году — 23 млн человек ежегодно.

Но интересно здесь не только само обещание скорости. Интересно, как этот сюжет ложится в общую логику форума. ВСМ на МТЛФ подавалась не просто как быстрый поезд, а как сложный технологический продукт: новые системы управления, цифровые решения, инженерная сборка будущего.

То есть даже там, где разговор вроде бы про поезд и рельсы, в центре оказывается разработка.

Когда маршрут был железом, а теперь стал интерфейсом

Когда-то транспортная модернизация выглядела просто: проложить, построить, пустить. Бетон, металл, шпалы, портовые краны, линии на карте, героический язык освоения. Теперь поверх всего этого вырос второй этаж — невидимый. Платформы. Данные. Электронные документы. Машинное зрение. Центры обработки. Предиктивные сценарии. Совместимость систем.
И если раньше транспортную мощь можно было потрогать руками, то теперь её всё чаще можно увидеть только на экране.

2 апреля. День, когда в логистику по-настоящему вошёл беспилотник

Беспилотное будущее перестало быть выставочным аттракционом

Во второй день форум резко ушёл в ту зону, где вчерашняя футурология начинает оформляться в норму. Центральной темой стала сессия «Беспилотное будущее: как беспилотный транспорт меняет представление об организации пространства от города до государства».

Само название уже задавало масштаб: речь шла не о технической новинке, не о паре экспериментальных машин и не о красивой игрушке для выставки. Речь шла о том, как меняется сама геометрия пространства, когда в него входит автономная техника.

Среди участников — Максим Ликсутов, Тигран Худавердян, Дмитрий Марьясин, Михаил Парнев. И именно здесь транспорт впервые на форуме прозвучал уже не как отрасль перемещения, а как режим управления городом, государством и человеком.

Худавердян и новая логика доставки

Самой яркой цитатой этой линии, пожалуй, стало заявление Тиграна Худавердяна из «Яндекса». Компания, по его словам, собирается вывести на дороги России 20 тысяч роботов-курьеров за два года.

Звучало это не как пиар о железном помощнике, а как описание почти неизбежного перехода. Худавердян сформулировал даже жёстче: роботизация логистики неизбежна, иначе человечество рискует оказаться в абсурдной ситуации, когда одна его половина бесконечно доставляет товары другой.
По его словам, «Яндекс.Ровер» уже преодолел отметку в 1 миллион доставок, а план на текущий год — 4 миллиона.

И ещё одна очень показательная фраза:
«Примерно один ровер будет заменять двух курьеров. В масштабах страны это будет самая большая роботизация из всех отраслей».

То есть беспилотность здесь — уже не игрушка, а экономика масштаба.

Москва и трамвай без водителя

Не менее жёстко и по-государственному прозвучал Максим Ликсутов. По его словам, Москва к 2035 году собирается перевести 90% трамваев в беспилотный режим, причём без привлечения частных подрядчиков, потому что речь идёт о критической инфраструктуре.

Здесь особенно важен не только сам показатель, но и сама логика: беспилотный транспорт подаётся уже не как экспериментальная история частного сектора, а как часть государственной инфраструктурной политики.

Ликсутов прямо сказал:

«Задача государства — предоставить регионам и компаниям с высоким уровнем технической готовности необходимые инструменты, включая современную инфраструктуру. Беспилотные технологии также позволят лучше контролировать состояние путей и заранее выявлять потенциальные угрозы безопасности».

И тут же звучит взрослая оговорка: в топ-3 приоритетов для беспилотных систем входит кибербезопасность, а хорошее ПО бесполезно без современных лидаров, радаров и вычислителей, которых пока не хватает.

Вот в этой связке — будущее и дефицит — и есть правда второй даты форума. Беспилотник уже пришёл. Но чтобы он стал нормой, ему нужно не только обещание, но и вся технологическая цепочка целиком.

Человек больше не в центре системы

Второй день вообще был не только про машины без водителя. Он был про смещение человека из центра управления. В прежнем транспортном мире человек нажимал, вёл, проверял, сопровождал. В новом мире он всё чаще становится наблюдателем, оператором исключений, аудитором процессов и тем, кто отвечает уже не за саму операцию, а за контур её надёжности.

И вот здесь форум становился по-настоящему современным. Потому что вопрос был уже не «может ли машина ехать сама», а сколько автономии мы готовы отдать коду.

Практическая интеграция: электрички между Россией и Беларусью

На этом фоне очень символично выглядел запуск движения пригородных электричек между Россией и Беларусью. Церемония шла по видеосвязи и была приурочена ко Дню единения народов двух стран. Первыми беспересадочными маршрутами стали Смоленск—Орша и Смоленск—Витебск.

Андрей Никитин назвал это важным шагом к созданию единой транспортной системы двух стран и подчеркнул, что прежний путь между Витебском и Смоленском занимал до пяти часов, а теперь — два часа.

Это маленькая деталь по сравнению с беспилотными коридорами и роботами, но очень точная. Потому что любая большая интеграция в итоге измеряется не только миллионами тонн, но и тем, насколько человеку стало быстрее и проще доехать.

От зависшего турникета к роботу на улице

Было время, когда автоматизация в транспорте означала турникет, который иногда не открывался, и табло, на котором мигали странные цифры. Потом пришёл GPS, и счастьем уже считалось, что диспетчер вообще понимает, где находится автобус.

А теперь на полном серьёзе обсуждают роботов-курьеров, трамвай без водителя, государственное регулирование высокоавтоматизированных систем и кибербезопасность как основу городской мобильности.

То, что ещё недавно выглядело выставочным чудом, стало частью деловой программы.

3 апреля. День, когда транспорт окончательно заговорил языком ИИ и Глобального Юга

Глобальный Юг как главный рынок завтрашней логистики

Одной из центральных сессий третьего дня стала пленарная дискуссия «Развитие через доступ к глобальным рынкам». И именно здесь особенно громко прозвучала тема, которая проходила через весь форум: страны Глобального Юга становятся для России ключевыми партнёрами.

Дмитрий Зверев, статс-секретарь — замминистра транспорта, озвучил несколько цифр, которые на МТЛФ звучали почти как маршрутная карта будущего. По его словам, экономики региона растут в среднем на 4,5% в год, а к 2050 году потенциал рынка составит 2,5 млрд человек.

И дальше — уже сугубо транспортный, прикладной расчёт:

«На сегодняшний день мы видим потенциал грузов 18 млн тонн. Это в первую очередь продовольственная безопасность, удобрения. Для этого формируются, с одной стороны, цепочки поставок, с другой стороны — отстраиваются новые связи “судоходная компания—порт”, “порт — судоходная компания”».

Это очень точная формула нового транспортного мышления. Логистика больше не выглядит как просто перемещение товара. Она выглядит как выстраивание новой системы отношений, новых связей и новой карты зависимости.

Зверев добавил и ещё одно важное измерение: Россия предлагает партнёрам совместные проекты, включающие обмен технологиями и подготовку кадров для эксплуатации создаваемой инфраструктуры.
То есть речь снова не просто о маршруте. А о маршруте плюс технологии, плюс эксплуатация, плюс компетенции.

Искусственный интеллект: уже не модный сюжет, а реальный инструмент отрасли

Почти рядом по смыслу и уже совершенно точно в логике главной темы форума звучала сессия «Искусственный интеллект на транспорте: внедрение, безопасность и международное сотрудничество».

Именно здесь Борис Ташимов подвёл, возможно, один из самых трезвых итогов цифровой перестройки отрасли. По его словам, транспортные компании чаще всего используют ИИ для обработки данных, машинного зрения и прогностического моделирования, а опыт применения ИИ уже есть у 45% организаций отрасли.

Эта цифра важна потому, что снимает ИИ с пьедестала футурологической игрушки. Он уже не «будущее когда-нибудь потом». Он уже встроен в отрасль: в маршрутизацию, аналитику, мониторинг, распознавание и прогнозирование.

И дальше Ташимов делает следующий шаг:

«Большую ставку Минтранс и в целом правительство РФ делает на беспилотный транспорт, на оптимизацию логистических решений с использованием ИИ. У нас уже готовится федеральный закон о высокоавтоматизированных транспортных средствах. Мы планируем, и такая задача стоит, что в текущем году он будет принят».

С учётом имплементации, как было отмечено, окончательно закон должен заработать к 2028 году.

И это уже совсем другой уровень разговора. Технология перестаёт быть экспериментом и входит в правовой контур государства.

Россия и Китай: маршруты, которые вчера казались невозможными

Отдельной крупной темой третьего дня стала сессия «Сотрудничество России и Китая в логистике: текущее состояние, ключевые достижения и вектор развития».

Здесь Дмитрий Зверев озвучил ещё одну показательную цифру: рост железнодорожных перевозок в Китай в январе 2026 года составил 51%. Автомобильные перевозки, по его словам, тоже выросли почти на треть.

Но ещё интереснее прозвучал комментарий Романа Чекушова, замминистра промышленности и торговли РФ. Он отметил, что ещё буквально пять лет назад было трудно представить себе экономически эффективный маршрут из Балтийской акватории в порты Китая, потому что все ориентировались прежде всего на железную дорогу.

Теперь же, по его словам, это один из самых популярных маршрутов.

Это вообще одна из лучших метафор МТЛФ-2026. Новая логистика рождается там, где вчерашняя невозможность становится сегодняшней нормой. Там, где карта меняется быстрее, чем успевают обновиться представления о ней.

Цифра добралась и до экологии

Ещё одна показательная новость форума: МТЛФ получает статус углеродно-нейтрального мероприятия. Верифицированные углеродные единицы для погашения следа предоставляет СИБУР, а сама процедура проходит через цифровую платформу «Нить природы» Фонда Росконгресс.

На первый взгляд это сюжет из другой повестки — экологической. Но на самом деле он удивительно точно вписывается в общую логику форума. Даже забота о климате здесь оформляется через цифровую инфраструктуру сделок, учёта и платформенного управления.

То есть транспорт будущего на МТЛФ — это не только быстрее, автономнее и умнее, но ещё и цифрово учитываемый в своей экологической цене.

Человек внутри цифровой эпохи

И на этом фоне особенно важным выглядело присутствие в программе сессии «Экосистема здоровья работников транспорта: институциональные стратегии развития медицины в цифровую эпоху».

Потому что за всей этой беспилотностью, скоростью, ИИ и платформами скрывается вопрос, который на форумах часто звучит тише остальных: что происходит с человеком внутри системы, которая всё время ускоряется.

Высокоскоростные магистрали, беспилотный транспорт, ИИ, постоянная цифровизация — всё это меняет не только отрасль, но и саму профессию. И МТЛФ в этом смысле оказался довольно честным: он показывал не только красивое будущее, но и цену этого будущего — напряжение, перегрузку, рост требований к устойчивости, вниманию и способности работать рядом с умной машиной.

Быстрее, дальше, мощнее — а теперь ещё и умнее

Царская, а потом Советская мечта о транспорте была очень понятной: быстрее, дальше, мощнее. Мечта 2020-х добавила к этому ещё одно слово — умнее.

Но умнее не всегда означает человечнее. И потому так симптоматично, что форум о транспорте будущего должен отдельно обсуждать и ИИ, и кибербезопасность, и кадры, и медицину, и психофизиологическую устойчивость.

Будущее больше не кажется само собой благополучным. Его ещё нужно выдержать.

Что в итоге

Если сжать весь МТЛФ-2026 в одну формулу, она будет звучать так: транспорт перестаёт быть отраслью перемещения и становится отраслью вычисления.

Форум в Петербурге был выстроен именно вокруг этого перехода.

От транспортных коридоров — к цифровым платформам.
От маршрута — к стандарту и интерфейсу.
От высокоскоростной магистрали — к инженерному стеку.
От городской доставки — к роботизации.
От водителя — к оператору исключений.
От бумажного документа — к совместимой цифровой среде.
От логистики как функции — к логистике как архитектуре нового мира.

И самый честный сюжет этого форума был не в том, что Россия строит новые линии, открывает новые маршруты или показывает новые поезда. Самый честный сюжет в другом: транспорт отчаянно пытается стать современной технологической средой, а не остаться просто тяжёлой отраслью прошлого.

Именно поэтому на МТЛФ так много говорили про ИИ, машинное зрение, прогностическое моделирование, платформы, кибербезопасность, беспилотность, обмен технологиями, подготовку кадров, интеллектуальные пункты пропуска и цифровую связанность коридоров. Это уже не модные слова. Это признание, что без разработчиков, архитекторов систем, инженеров по данным, специалистов по ИБ и тех, кто собирает новый цифровой контур отрасли, никакой «бесшовной логистики» не будет.

Потому что сегодня выигрывает уже не тот, у кого просто длиннее маршрут.
А тот, у кого лучше цифровой контур этого маршрута.

--

👉 Подписывайтесь на мой Telegram-канал: https://t.me/druzin.

--

Фото / видео: Фонд Росконгресс / roscongress.org, пресс-служба DRUZIN.RU

Утро в Центре международной торговли начиналось, как и положено большому форуму: стойки регистрации, деловые костюмы, короткие рукопожатия, кофе на ходу и разговоры, которые начинаются с визитки, а заканчиваются обещанием обязательно созвониться.

Но очень быстро стало понятно: это не просто очередная деловая площадка с правильными словами о сотрудничестве. Это место, где сегодня пытаются заново собрать разговор о Большой Евразии, о новой экономической архитектуре, о технологиях, трансграничных расчётах и о том, как вообще жить дальше в мире, где старые правила уже не работают, а новые ещё только пишутся.

Программа форума действительно включала тематические секции по финансам, инвестициям, ИИ и цифровому суверенитету, а также пленарное заседание форума «35 лет СНГ. Развитие Большого Евразийского партнёрства».

Я прошёл по нескольким сессиям, послушал выступления, посмотрел на состав участников, на интонации зала, на то, как люди говорят в кулуарах — а это, как известно, иногда важнее самих официальных формулировок. Потому что форум сегодня — это уже не столько сцена, сколько термометр. По нему можно очень точно считывать температуру времени: какие темы становятся центральными, какие слова входят в новый политико-экономический словарь, а какие уже произносятся скорее по привычке.

И один из самых заметных моментов для меня — это, безусловно, присутствие на одной из сессий Эррола Маска, отца Илона Маска. В программе форума он был указан среди выступающих на секции, посвящённой искусственному интеллекту, цифровым технологиям и суверенитету.

Сам по себе этот эпизод уже выглядел как почти готовая метафора времени. На площадке, где обсуждают цифровую независимость, когнитивный суверенитет и будущее национальных технологических систем, появляется человек с фамилией, которая для всего мира давно звучит как символ глобальной техноэпохи. И в этом было что-то очень точное: сегодня разговор о будущем идёт уже не только в Кремниевой долине и не только на западных технологических сценах. Он идёт и здесь — в Москве, в зале, где спорят о том, кто и на чьих платформах будет строить следующий этап развития.

Вообще вся атмосфера форума была устроена на пересечении сразу нескольких языков современности. С одной стороны — интеграция, СНГ, межгосударственное сотрудничество, всё то, что отсылает к длинной политической истории постсоветского пространства. С другой — искусственный интеллект, цифровой суверенитет, новые платёжные механизмы, инвестиционные платформы, финансовая перестройка региона. И самое интересное как раз происходило на стыке этих миров. Потому что стало ясно: старая интеграционная повестка пытается не просто сохраниться, а перевести себя на новый язык — язык алгоритмов, инфраструктур, данных, платформ и новых рынков.

Отдельно для меня важным было присутствовать на пленарном заседании. Именно там масштаб происходящего ощущался особенно отчётливо. Если секции живут деталями и предметными дискуссиями, то пленарка — это всегда жанр крупного плана. Это уже не разговор о частностях, а попытка собрать единую картину: 35 лет СНГ, развитие Большого Евразийского партнёрства, поиск новых форматов взаимодействия между государствами, бизнесом, институтами развития и экспертным сообществом. В программе пленарка была заявлена как центральное событие дня и начиналась в 14:15.

И вот что особенно чувствовалось в зале: меньше стало ритуальной ностальгии и больше — прагматики. Меньше разговоров о прошлом ради прошлого, больше попыток понять, как превратить общее пространство в реальный экономический и технологический контур. Через транспорт, энергетику, науку, образование, цифровые решения, расчёты и совместные проекты. То есть, по сути, через всё то, что в XXI веке и определяет жизнеспособность больших регионов.

Для меня этот день оказался не про формальное участие в очередном мероприятии, а про наблюдение за тем, как меняется сама логика больших форумов. Сегодня такие площадки ценны уже не только списком спикеров, статусом гостей или количеством секций. Они ценны как место, где можно увидеть, какими словами элиты описывают будущее, какие смыслы пытаются закрепить и какие направления считают стратегическими. А когда на одной площадке сходятся Евразия, финансы, ИИ, суверенитет и ещё Эррол Маск — это уже не просто деловая программа. Это симптом эпохи.

Именно поэтому МЭФ СНГ 2026 оказался не набором протокольных событий, а довольно точным срезом момента. Мир, где старая интеграция ищет новые инструменты. Где геополитика всё чаще говорит языком технологий. И где будущее обсуждают уже не в абстрактных категориях, а в терминах инфраструктуры, расчётов, цифровой независимости и права самим определять собственную траекторию развития.

--

👉 Подписывайтесь на мой Telegram-канал: https://t.me/druzin.

--

В «Крокус Экспо» всё начинается ещё у входа: плотный поток людей, быстрый шаг, разговоры на ходу, бейджи, телефоны в руках, короткие остановки у стендов. Кто-то уже с утра проводит вторую встречу, кто-то в спешке ищет нужный павильон, кто-то, не отрываясь от кофе, договаривается о созвоне после выставки. У таких мероприятий всегда свой ритм — деловой, немного уставший, но собранный.

На TransRussia 2026 этот ритм чувствовался особенно ясно. Выставка была юбилейной: 30 лет самой TransRussia и 5 лет экспозиции SkladTech. За три дня площадка собрала 553 экспонента из 17 стран и более 27 тысяч профессиональных посетителей. Но важны здесь не только цифры. Важнее другое: по выставке было хорошо видно, как изменилась сама логистика — и как вместе с ней меняется рынок.

Не просто перевозки, а целая рабочая система

Когда идёшь по павильонам, быстро понимаешь: сегодняшняя логистика — это давно не только про доставку груза из точки А в точку Б.

Здесь всё собрано в одном пространстве: контейнерные перевозки, складские решения, цифровые сервисы, электронный документооборот, роботизация, международные маршруты, страхование, транспортная инфраструктура. На одном стенде обсуждают новые направления поставок, на другом — автоматизацию склада, на третьем — платформенные решения для бизнеса.

И именно в этом, пожалуй, главный эффект таких выставок: в одном месте видно то, что по отдельности обычно распадается на разные отрасли, департаменты и рабочие процессы.

Среди участников в этом году были FESCO, X5 Transport, ВТБ, ГК «Дело», «Новотранс», «Деметра-Холдинг», РЖД Логистика и другие крупные игроки. При этом выставка показала и обновление рынка: в числе новых участников были ARTWMS, MADE, NOVOLINIX, Магнит Логистика, ЭвоКарго, Яндекс Роботикс и другие компании.

Что особенно заметно в 2026 году

Самое интересное на таких площадках — даже не список компаний, а общий настрой рынка.

Ещё недавно логистика воспринималась как сфера, которая должна просто обеспечить движение товара. Сейчас ожидания совсем другие. От неё ждут гибкости, скорости адаптации, устойчивости, цифровизации и способности быстро собирать новые рабочие маршруты там, где старые уже не работают так, как раньше.

И выставка это хорошо показала. На ней говорили не только о перевозках, но и о том, что сегодня становится для отрасли базовым: безопасность цепочек поставок, дефицит кадров, рост регулирования, цифровые платформы, клиентоцентричные решения, беспилотный транспорт. Всё это звучало уже не как тема “на будущее”, а как повседневная деловая повестка.

Технологии больше не выглядят чем-то дополнительным

Это особенно заметно на SkladTech.

Когда-то автоматизация склада воспринималась как что-то интересное, но не обязательное. Сейчас это уже один из стандартных векторов развития. Совместный проект РОБО АРЕНА, реализованный с участием FIRST, Яндекс Роботикс и KUKA, как раз это и показал: автоматизация складской логистики всё увереннее переходит из категории “новых решений” в категорию обычной практики.

То же самое касается и других технологий. Магнит Логистика, впервые участвовавшая в выставке, представила проекты развития беспилотных грузоперевозок. ITECO сделала акцент на мультимодальных и международных маршрутах, а также на комплексных решениях для перевозок по России, в Китай, Турцию и страны ЕАЭС. Silkway CA представила проект многопрофильного логистического центра в Ташкентской области.

Всё это выглядит показательно: рынок обсуждает не абстрактные инновации, а вполне прикладные инструменты, которые уже сейчас можно встраивать в работу.

Выставка как место, где договариваются о реальных вещах

У любой большой отраслевой выставки есть простой критерий пользы: что после неё остаётся, кроме фотографий стендов и деловых карточек.

В этом смысле TransRussia 2026 выглядела вполне предметно. На площадке были подписаны соглашения, которые напрямую связаны с перевозками, сервисами и развитием новых направлений.

Так, FESCO подписала ряд значимых соглашений, в том числе с X5 Transport, Neptune Logistics, NOVA и другими партнёрами. Российский морской регистр судоходства оформил соглашения с ЦФТО — филиалом ОАО «РЖД» и ЦЭНКИ Госкорпорации «Роскосмос». S7 Cargo и RWB договорились о перевозке товаров по России с использованием электронного перевозочного документа.

Это как раз тот случай, когда выставка работает не как витрина, а как рабочая площадка.

Международный интерес здесь не выглядит формальностью

Отдельно ощущался международный состав выставки. В 2026 году в ней участвовали компании из 17 стран, включая Турцию, Китай, Индию, США, Узбекистан, Казахстан, Беларусь, Азербайджан и другие государства. На площадке присутствовали и представители дипломатических миссий.

И это не выглядит просто “международным оформлением”. Наоборот, именно сейчас такие контакты особенно важны. Логистика сильно зависит от того, насколько быстро бизнес умеет перестраивать партнёрства, проверять новые направления и выстраивать рабочие связи в меняющейся внешней среде.

Поэтому и China Business Outreach Forum, который второй год подряд проходит в рамках выставки, воспринимается уже не как дополнительная опция программы, а как логичная часть общей деловой повестки.

О чём говорили со сцены

Деловая программа выставки тоже выглядела содержательно: 6 конференций, 188 спикеров и более 3400 уникальных слушателей.

И если коротко пересказать общий смысл обсуждений, он был довольно ясным: рынок признаёт, что работать стало сложнее, но при этом не уходит в режим ожидания.

Со сцены говорили о новых конфигурациях цепочек поставок, контейнерном рынке, международной торговле, беспилотных перевозках, потребности в нормативной базе, безопасности, цифровых решениях и о том, что отрасли всё чаще приходится принимать решения в условиях высокой неопределённости.

Запоминается здесь не какая-то одна громкая формулировка, а общий тон: без лишнего оптимизма, но и без ощущения тупика. Скорее деловой разговор о том, как работать дальше в реальных условиях.

Небольшой флэшбэк: почему это важно

Если смотреть шире, такие выставки всегда показывают не только состояние отрасли, но и состояние времени.

Когда экономика живёт спокойно, на подобных площадках обычно много разговоров о расширении, масштабировании и росте “по инерции”. Когда период сложнее, акцент смещается: на первый план выходят устойчивость, перенастройка, поиск новых маршрутов, снижение зависимости от старых схем, технологии, которые помогают не тратить лишнее время и ресурсы.

Именно это, на мой взгляд, и показала TransRussia 2026. Не какой-то отдельный прорыв, а более важную вещь — готовность рынка спокойно и последовательно собирать новую рабочую конфигурацию.

Что остаётся после выставки

После таких мероприятий главное впечатление — не “масштаб”, хотя он, безусловно, был. Скорее остаётся понимание направления.

TransRussia 2026 показала, что рынок:

• не остановился, а продолжает искать рабочие решения;
• всё сильнее делает ставку на автоматизацию и цифровизацию;
• сохраняет высокий интерес к международному сотрудничеству;
• старается соединять крупный бизнес, новые компании и технологические решения в одной рабочей среде;
• всё меньше говорит общими словами и всё больше — прикладными категориями.

И, возможно, именно это сегодня выглядит наиболее убедительно. Не громкие заявления, а спокойная работа по перенастройке большой и сложной системы.

--
👉 Подписывайтесь на мой Telegram-канал: https://t.me/druzin.
--

Фото: TransRussia 2026 / transrussia.ru

Москва, форум «Здоровое общество», март 2026-го

В Москве есть особый жанр весеннего утра: прохладный воздух, светлое небо, еще не весна в полном смысле слова, но уже ощущение движения. Город как будто снимает зимнюю тяжесть и собирается заново — в деловом, энергичном, технологичном ритме. Именно в такой день я приехал на форум «Здоровое общество», который проходил на площадке кластера «Ломоносов» ИНТЦ МГУ «Воробьевы горы». И с первых минут стало понятно: это не просто отраслевое мероприятие и не просто очередная конференция по здравоохранению. Это был разговор о будущем страны — через здоровье, технологии, науку и человека.

Снаружи — современное пространство, стекло, свет, строгая логистика, волонтеры, делегации, бейджи, привычная для крупных форумов собранность. Внутри — совсем другой масштаб ощущения. Здесь не было духа формального отчета или дежурной «галочки». Наоборот: чувствовалось, что обсуждается одна из самых важных тем для России сегодня — как сделать так, чтобы человек жил дольше, качественнее, активнее, а система здравоохранения не просто реагировала на болезнь, а предупреждала ее, сопровождала, поддерживала, усиливала жизнь.

На форуме было много официальных лиц, сильных экспертов, представителей науки, медицины, бизнеса, международных делегаций. Но важнее всего был даже не состав участников, а общий нерв происходящего. Это был нерв страны, которая хочет не догонять, а задавать темп. Страны, которая все яснее понимает: современное здравоохранение — это не только больницы и лекарства. Это искусственный интеллект, генетика, превентивная медицина, носимые устройства, реабилитация, архитектура медицинских пространств, культура питания, корпоративное здоровье, подготовка управленцев, научный суверенитет и международное сотрудничество.

И когда все эти темы сходятся в одном месте, начинаешь смотреть на здравоохранение иначе. Не как на отдельную отрасль. А как на показатель зрелости государства.

Здоровье как национальный приоритет — не на словах, а по повестке

Очень важно было почувствовать, что форум был не просто про медицину, а про стратегию. В выступлениях, в составе сессий, в самой логике деловой программы ясно читалась ключевая идея: здоровье граждан — это основа национального развития. Не второстепенная социальная тема, не «одна из», а действительно стратегическая. Потому что без здорового человека невозможно ни устойчивое развитие регионов, ни рост качества жизни, ни демография, ни экономика, ни сильное общество.

Выступление Татьяны Голиковой, приветствие Президента России Владимира Путина, участие Михаила Мурашко, международных партнеров, представителей регионов — все это задавало очень точную рамку: государство смотрит на здравоохранение как на важнейший ресурс будущего. Причем будущего не абстрактного, а вполне конкретного — до 2030 года, до 2036 года, с измеримыми целями, с инфраструктурой, с оборудованием, с технологиями, с реальными программами.

Когда звучат цифры о тысячах медицинских подразделений, о десятках тысяч медицинских изделий, о развитии ядерной медицины, о новых подходах к первичному звену, понимаешь: это уже не разговоры о намерениях. Это разговоры о большой сборке системы. А для России, если честно, всегда особенно важен именно этот момент — когда идея переходит в масштаб.

Россия, которая всегда умела собираться вокруг главного

У нашей страны есть особое качество. Мы долго можем спорить, сомневаться, буксовать, искать форму, но когда тема действительно становится центральной, Россия умеет собираться вокруг нее почти с историческим размахом. Так было в науке, в промышленности, в космосе, в образовании, в фундаментальных школах медицины. У нас вообще очень сильная традиция больших национальных систем, построенных не под частный интерес, а под общую задачу.

Советская медицина при всех ее ограничениях и очевидных недостатках была одной из самых мощных массовых систем в мире. Поликлиники, диспансеризация, санитарная служба, вакцинация, санатории, сеть специализированных учреждений — все это создавалось не как набор разрозненных сервисов, а как часть большого общественного замысла. Да, многое менялось. Да, были кризисы. Да, в 1990-е эта система, как и вся страна, проходила через тяжелую ломку. Но сама идея того, что здоровье народа — это государственная ценность, у нас не исчезла.

И вот сегодня она возвращается в новом виде. Уже не с лозунгами прошлого века, а с нейросетями, биотехнологиями, цифровыми платформами, персонализированной медициной и международной кооперацией. В этом есть очень русский сюжет: мы не просто продолжаем традицию, мы пытаемся перевести ее в язык XXI века. Сохранить масштаб, но добавить точность. Сохранить социальную ответственность, но усилить ее технологиями. Сохранить идею общего блага, но сделать ее современной.

ИИ, диагностика и ощущение, что будущее уже стоит рядом

Одной из самых сильных тем форума для меня стала, конечно, медицина и искусственный интеллект. Сегодня об ИИ говорят везде, иногда слишком легко, иногда слишком шумно. Но когда эта тема звучит в здравоохранении, все резко становится серьезнее. Потому что здесь речь не о развлечении, не о моде и не о красивом интерфейсе. Здесь речь о жизни, точности, времени, раннем выявлении, решениях, которые могут изменить судьбу человека.

На выставке и в рамках дискуссий очень ясно чувствовалось: ИИ в медицине для России — это уже не футурология. Это практический инструмент, который может усиливать врача, помогать в диагностике, снижать количество ошибок, ускорять анализ данных, выстраивать более точную картину состояния пациента. И особенно важно, что разговор шел не в духе «машина заменит человека», а в духе «технология должна стать союзником врача».

Мне вообще показалось, что это один из главных признаков зрелости форума. Здесь не было легкомысленного восторга перед словом «цифровизация». Наоборот, звучало понимание границ, рисков, этики, регуляторики. А значит, речь шла не о рекламной витрине технологий, а о том, как встроить их в реальную систему здравоохранения страны.

Когда видишь на одной площадке ИИ-сервисы диагностики, решения для дистанционного мониторинга, нейротехнологии, умные устройства и одновременно слышишь разговор о роли врача, об ответственности, о клиническом маршруте пациента, возникает очень важное ощущение: Россия не просто осваивает технологическую повестку, а пытается осмыслить ее по-взрослому. По-государственному. Не ради картинки, а ради результата.

Человек в центре — не лозунг, а принцип

Еще одно очень сильное впечатление от форума — это явный сдвиг от медицины болезни к медицине человека. На словах об этом говорят давно, но здесь эта идея проявлялась почти во всем. В сессиях о здоровом долголетии. В разговорах о профилактике. В обсуждении питания, детских привычек, женского здоровья, здоровья работающего населения. В теме носимых устройств. В сессиях о реабилитации, диабете, кардиологии, персонализированной медицине.

Возникало чувство, что здравоохранение все больше перестает быть системой, которая включается, когда уже случилась проблема. Его пытаются превратить в систему сопровождения жизни. И это очень правильный поворот. Потому что сильная медицина XXI века — это не только способность спасать в тяжелой ситуации, хотя это, конечно, базово. Сильная медицина — это способность не доводить до тяжелой ситуации там, где ее можно предупредить.

Особенно важным мне показалось, что здесь здоровье обсуждали не как частное дело отдельного человека, а как среду. Как привычки семьи. Как ответственность работодателя. Как качество городской инфраструктуры. Как роль медиа. Как архитектуру клиник. Как культуру повседневности. То есть не «лечить болезнь», а формировать такие условия, при которых сама жизнь становится более здоровой.

И это, на мой взгляд, очень сильный цивилизационный жест. Потому что именно так мыслят не слабые системы, которые все время тушат пожары, а сильные — которые умеют работать на опережение.

Поликлиника, санаторий, диспансер — или новая версия старой идеи

Когда сегодня говорят о профилактике, это часто звучит по-новому: предриски, поведенческие паттерны, носимые устройства, цифровой мониторинг, персонализированные рекомендации. Но если вслушаться внимательнее, в России здесь есть и глубокий культурный корень.

В советское время профилактика была важной частью медицинской логики. Да, она могла быть избыточно формализованной. Да, часто превращалась в рутину. Но само представление о том, что человека нужно сопровождать до болезни, а не только после, было заложено очень прочно. Профосмотры, диспансеризация, санаторно-курортное лечение, школьная медицина, медицина труда — все это было попыткой выстроить системный подход к здоровью.

Сегодня эта идея возвращается, но уже в другой форме. Не как ритуал, а как высокоточная профилактика. Не как одинаковое предписание для всех, а как индивидуальная траектория. Не как абстрактная «забота», а как работа с данными, рисками, образом жизни, цифровыми инструментами. По сути, происходит очень интересный исторический синтез: старая российская идея общественной ответственности за здоровье соединяется с новыми технологическими возможностями.

И именно на таких форумах особенно видно, как история не исчезает, а меняет язык.

Фарма, биотех и интеллектуальный суверенитет

Отдельный пласт форума — фармакология и биомедицина. И здесь, честно говоря, особенно остро ощущалось, что речь идет не просто о лекарствах, а о научной и технологической независимости страны. Разработка новых препаратов, клеточные технологии, персонализированные терапевтические подходы, регуляторные механизмы, новые производственные стандарты — все это сегодня напрямую связано с вопросом суверенитета.

Потому что в XXI веке зависимость может быть не только финансовой, энергетической или промышленной. Она может быть и медицинской. Если страна не умеет создавать собственные решения в критически важных областях здравоохранения, она уязвима. А если умеет — у нее появляется не только внутренняя устойчивость, но и международный вес.

На форуме эта мысль не звучала в лоб, но очень ясно читалась. Особенно в разговорах о новых лекарственных подходах, о расширении терапевтических возможностей, о стандартах качества и о том, как инновация должна доходить до клинической практики. Было видно, что Россия хочет не просто пользоваться глобальными достижениями, а быть их участником и автором.

И в этом, пожалуй, тоже есть важный патриотический смысл. Не в лозунге, а в деле. Настоящий суверенитет сегодня — это способность производить не только металл, энергию и вооружение, но и сложное знание. А медицина — одна из самых сложных сфер знания вообще.

Международный диалог без лишней риторики

Очень важным показалось и международное измерение форума. Участники из Египта, Беларуси, Казахстана, Таджикистана, Киргизии, Узбекистана, Омана, представители СНГ и других стран — все это создавало ощущение широкой профессиональной площадки. Причем не декоративной, а содержательной.

В последние годы особенно заметно, что Россия выстраивает новые маршруты международного сотрудничества, и медицина здесь — один из самых естественных языков диалога. Потому что здоровье не требует перевода на идеологический жаргон. Оно говорит языком практики, пользы и человеческой необходимости. Как бороться с хроническими заболеваниями? Как повышать доступность помощи? Как внедрять цифровые технологии? Как развивать раннюю диагностику? Как работать с долголетием? Это вопросы, в которых сотрудничество выглядит не формальностью, а реальным инструментом развития.

И когда на одной площадке обсуждаются лучшие страновые и региональные практики, это уже не просто вежливый обмен опытом. Это намек на то, что Москва претендует на роль одного из центров такого разговора. А значит, и на роль центра компетенций.

Люди, которые строят медицину будущего

Еще один момент, который я вынес с форума: российское здравоохранение сегодня — это не только система учреждений, но и сообщество очень сильных, очень разных людей. Министры, ученые, главврачи, разработчики, архитекторы, преподаватели, управленцы, производители, представители фондов и общественных организаций. У каждого свой профессиональный язык, свой угол зрения, свой уровень ответственности. Но когда они собираются вместе, становится видно: медицина будущего — это не продукт одной профессии. Это командная сборка.

Особенно интересной мне показалась тема управленцев в здравоохранении. Потому что в наше время мало быть хорошим врачом или хорошим чиновником по отдельности. Нужны люди, которые умеют работать на стыке: видеть систему, понимать клинику, чувствовать общественную задачу, не бояться технологии и принимать решения в условиях перемен. Форум ясно показывал: государство это понимает и делает ставку не только на оборудование, но и на людей.

А люди — всегда главный ресурс.

Врач как фигура доверия и новая сложность времени

В российской культуре врач — фигура почти особая. Не только потому, что он лечит, а потому что ему доверяют самое уязвимое. Земский доктор, военный хирург, сельский фельдшер, участковый терапевт, профессор клиники — это не просто профессиональные роли. Это роли доверия. И это доверие всегда было важнее любой вывески на учреждении.

Сегодня вокруг врача появляется все больше техники, стандартов, цифровых инструментов, систем поддержки решений, юридических рамок, алгоритмов и регламентов. Но парадокс времени в том, что чем сложнее становится медицина, тем ценнее остается человеческое присутствие врача. Того, кто не только читает данные, но и понимает человека. Кто не просто видит анализ, но и чувствует контекст. Кто может взять на себя решение.

Форум «Здоровое общество» при всей своей технологичности не уводил разговор от этой истины. И это очень важно. Потому что сильная медицина будущего — это не медицина без человека. Это медицина, где технологии усиливают человеческий профессионализм, а не отменяют его.

Мое главное впечатление

Если совсем честно, я уезжал с форума с чувством редкого профессионального оптимизма. Не наивного, не восторженного, а именно трезвого оптимизма. Потому что то, что я увидел, не выглядело имитацией движения. Наоборот: чувствовалась реальная концентрация усилий. Государство, наука, практика, бизнес, регионы, международные партнеры — все они были включены в один большой разговор о здоровье как о ресурсе будущего.

Да, впереди, конечно, еще много работы. Да, у любой большой системы есть инерция, перегрузка, кадровые сложности, разрывы между центром и регионами, между передовыми площадками и обычной повседневной реальностью. Но важно не это. Важно, что направление задано верно. И что сама повестка сформулирована сильно.

Мне кажется, Россия сегодня все яснее осознает: выигрывают не только те страны, у которых сильная армия, большие ресурсы или развитая промышленность. Выигрывают и те, кто умеет беречь человека, продлевать его активную жизнь, давать ему доступ к современным технологиям, создавать культуру профилактики, строить медицину, в которой есть и интеллект, и человечность.

И форум «Здоровое общество» в Москве стал для меня именно про это. Про страну, которая не просто лечит. А учится быть сильной через здоровье своих людей.

Финал: страна, которая хочет жить дольше — и умнее

Сегодня все чаще говорят о будущем России через цифры, проекты, экономику, геополитику, промышленность, логистику, технологии. И это правильно. Но есть еще один, может быть, самый главный показатель будущего — как живет человек. Сколько он живет. Насколько он активен. Насколько доступна ему помощь. Насколько он защищен от тяжелых рисков. Насколько государство умеет не только спасать, но и предупреждать.

На форуме «Здоровое общество» я увидел именно такую Россию — Россию, которая хочет быть современной не по форме, а по сути. Россию, которая соединяет сильную государственную волю, научную школу, технологический рывок и человеческий смысл. Россию, которая говорит о здоровье не как о частной теме, а как о национальной задаче.

И, пожалуй, это было главное ощущение этих дней: медицина будущего в России — это уже не образ из презентации. Она собирается здесь и сейчас. На наших глазах.

--
👉 Подписывайтесь на мой Telegram-канал: https://t.me/druzin.
--

Фото: Фонд Росконгресс / roscongress.org

Вроде бы ещё зима, но уже пахнет весной.

В городе становится больше цветов, улыбок и немного неловких, но искренних поздравлений.

Если же без всей праздничной суеты — это просто хороший повод сказать женщинам спасибо. За терпение, за здравый смысл и за умение наводить порядок в мире, который время от времени теряет логику.

Пусть будет больше спокойных дней, хороших новостей и вещей, которые радуют просто так — без особого повода.

С праздником! С 8 Марта! 💐

--
👉 Подписывайтесь на мой Telegram-канал: https://t.me/druzin.
--

#8Марта #С8Марта #МеждународныйЖенскийДень #Весна #Поздравление

Как я сходил на IV Форум будущих технологий — и что там действительно было важного.

На больших форумах всегда есть две реальности. Одна — на сцене: «уклады», «суверенитет», «драйверы». Вторая — в коридорах: где найти нормальный кофе, кто с кем подписывает бумаги и почему половина самых интересных разговоров происходит не в зале, а у стенда с незаметной табличкой «образец».

IV Форум будущих технологий в Москве в этом смысле — скорее исключение. В этот раз действительно говорили о будущем. Не о том, которое «когда-нибудь», а о вполне осязаемом — с пробирками, реакторами, геномами и искусственным интеллектом. Форум, организованный Фондом «Росконгресс» при поддержке Правительства России, на этот раз был посвящён биоэкономике — то есть про то, как жизнь, в буквальном смысле, становится отраслью.

Пленарка

В зале — аккуратный свет, деловая сосредоточенность, на экранах — молекулы, колосья, схемы биореакторов. На сцене — Владимир Путин. Он говорит о национальном проекте по биоэкономике, о технологическом суверенитете, о «выходе на лидирующие позиции». Формулировки — государственные, интонация — стратегическая.

Но если вслушаться, за словами о «критических направлениях» слышится простая мысль: борьба за XXI век будет идти не только за нефть и микрочипы, а за клетки, белки и алгоритмы, которые умеют их проектировать.

Год назад на этом же форуме говорили о химии и новых материалах. Теперь — о живом. И это симптоматично: мир от индустриальной эпохи перешёл к биоиндустриальной. Если XX век строил заводы, то XXI строит экосистемы.

Почему биология вдруг стала «большой темой»

В советском мифе главная наука — это физика (атом, космос, материалы). Биология долго была где-то рядом: важная, но не «главная». А потом мир поменялся: медицина стала индустрией данных, агро — технологией, а биопроизводство — альтернативой тяжелой химии во многих процессах. И биология внезапно стала не «про природу», а «про производство».

Поэтому нынешняя биоэкономика — это не прихоть, а догоняющая необходимость.

Выставка

После пленарного заседания президент идёт по выставке.

Стенды Минпромторга, НИЦ «Курчатовский институт», ФМБА, «Росатома», «Татнефти», Газпромбанка, Российского научного фонда. Сочетание, ещё десять лет назад казавшееся экзотическим: атомщики рядом с аграриями, банкиры рядом с биоинженерами.

Искусственный интеллект в фарме. Аддитивные биотехнологии. Биорегенеративные системы жизнеобеспечения. Звучит как каталог из фантастического романа, но на столах — реальные прототипы.

Вице-премьер Дмитрий Чернышенко говорит о революционности ИИ для биоэкономики. И в этом есть логика: раньше учёный десятилетиями выводил формулу. Теперь нейросеть перебирает миллионы комбинаций за часы. Биология стала вычислимой.

Цифры и амбиции

Советник президента Антон Кобяков называет цифры: 1800 участников, 57 стран, 120 компаний. Амбиции — увеличить производство продукции биоэкономики почти вдвое к 2030 году, довести долю отечественной биотехнологической продукции до 55%.

Первый вице-премьер Денис Мантуров говорит о 96-процентном росте. Формулировки строгие, но за ними — ставка: если не войдёшь в новый технологический уклад, окажешься на обочине.

Биоэкономика — это ведь не только лекарства. Это АПК, энергетика, лесное хозяйство, переработка, биомайнинг. Это идея замкнутого цикла, где отходы становятся ресурсом, а ресурс — новой цепочкой добавленной стоимости.

Нацпроекты — это всегда про перевод

Нацпроект — это попытка перевести сложную науку на язык управляемых задач: показатели, сроки, ответственные, финансирование. Проблема в том, что биотех нельзя «включить постановлением». Он требует среды: где ученый не выгорает, производство не боится длинного цикла, а регуляторика не превращает каждое движение в квест.

Поэтому весь вопрос не в том, красиво ли назвали направление, а в том, получится ли собрать работающую экосистему без нервного «сделайте нам прорыв к четвергу».

Наука для человека

За день до основной программы в НИЦ «Курчатовский институт» прошла конференция «Биоэкономика для человека». С основным докладом выступил Михаил Ковальчук. Он говорил о траектории отечественной науки с середины XX века — от атомного проекта к НБИКС-конвергенции (нано-, био-, инфо-, когно- и социотехнологий).

Это важный поворот: биоэкономика перестаёт быть отраслью и становится платформой. Синтетическая биология соединяется с ИИ. Ядерные технологии — с медициной. Генетика — с агросектором.

Министр промышленности Антон Алиханов акцентирует внимание на оборудовании: биореакторы, центрифуги, секвенаторы. Приземлённая, но принципиальная мысль: без собственной технологической базы не будет ни суверенитета, ни лидерства.

Люди

В списке участников — от министров до молодых учёных. От губернаторов до зарубежных делегаций из Камбоджи, Мьянмы, Абхазии. Подписываются соглашения, вручаются гранты памяти Евгения Велихова. Награждают будущих разработчиков инновационных лекарств.

И в этих церемониях есть что-то трогательное: попытка вернуть престиж научной профессии. Сделать так, чтобы слово «учёный» снова звучало не как редкость, а как норма.

Главный вывод

Форум будущих технологий — это не только про технологии. Это про поиск нового языка развития. Россия долго жила в логике индустриального и сырьевого уклада. Теперь — попытка пересобрать экономику вокруг знаний о живом.

В этом есть и прагматика, и философия. Прагматика — в экспортном потенциале и импортозамещении. Философия — в вопросе: каким будет человек в новой среде обитания? С персонализированной медициной, биорегенеративными системами, автономными атомными станциями.

Важно и другое: биоэкономика невозможна без доверия — к науке, к регуляторам, к биоэтике. Форум затрагивал и эти темы. Говорили о мифах, о публичности, о роли общества. Потому что вмешательство в живое — всегда вопрос не только технологий, но и ценностей.

Итог

Пятый Форум будущих технологий в 2027 году будет посвящён цифровым платформам. И это логично: цифровая инфраструктура станет каркасом для биоиндустрии. Мы входим в эпоху, где код и клетка работают вместе. Где аграрная ферма — это уже дата-центр с теплицами. Где фармацевтика — это алгоритм плюс молекула.

Когда-то символом прогресса был паровоз. Потом — атомный реактор. Сегодня — биореактор, управляемый искусственным интеллектом.

И если судить по настроению IV Форума будущих технологий, Россия решила, что в этом поезде она хочет быть не пассажиром, а машинистом.

--
👉 Подписывайтесь на мой Telegram-канал: https://t.me/druzin.
--

Фото: Фонд Росконгресс / roscongress.org