КазаньФорум-2026: не только халяль — ИИ, инвестиции и международная торговля
Есть особый тип деловых форумов: сначала кажется, что это просто расписание — залы, треки, модераторы, протокольные списки, кофе между сессиями. Но если смотреть внимательнее, программа начинает работать как карта. Не географическая, а экономическая. Где рядом с Индонезией появляется ЕАЭС, рядом с халяльной экономикой — финтех, рядом с дипломатией — цифровой суверенитет, рядом со строительством — искусственный интеллект, а рядом с культурой — экспорт, инвестиции и логистика.
КазаньФорум-2026 как раз из таких событий. Формально — XVII Международный экономический форум «Россия – Исламский мир: KazanForum», прошедший с 12 по 17 мая в Казани. По масштабу — 103 страны, 149 мероприятий по 21 тематическому треку, выставки, межправительственные комиссии, бизнес-диалоги, инвестиционные проекты, исламские финансы, цифровизация, искусственный интеллект, международная торговля, культура и медиа. Но по внутренней логике — это был форум не столько о «дружбе России и исламского мира», сколько о том, как эту дружбу перевести в рабочие механизмы: расчёты, маршруты, стандарты, платформы, технологии и проекты.
И, пожалуй, это самое интересное. Потому что красивые формулы международного сотрудничества давно научились произносить все. Гораздо сложнее ответить на простые вопросы: кто финансирует, кто строит, кто страхует, кто поставляет, кто пишет софт, кто регулирует, кто отвечает за доверие.
В этом смысле КазаньФорум был похож не на парад, а на монтажную комнату. На столе лежали разные фрагменты: Индонезия, Иран, Афганистан, страны ОИС, Каспий, Север – Юг, Tooba, AAOIFI, Сбербанк, ИТ-парк, Технократия, International Property Market, Kazan Halal Market, Russia & Islamic World Cooperation Expo. И из этих фрагментов пытались собрать сюжет о новой экономической связности.
12 мая. Пролог: когда дипломатия начинает говорить языком контрактов
Индонезийская увертюра
Форум фактически открылся не с главной сцены, а с заседания Российско-Индонезийской совместной комиссии по торгово-экономическому и техническому сотрудничеству. В Казанской Ратуше встретились первый вице-премьер России Денис Мантуров и министр-координатор по вопросам экономики Республики Индонезия Аирлангга Хартарто.
На бумаге — межправкомиссия. В реальности — очень точная завязка всего форума. Потому что Индонезия здесь выступала не просто как страна Юго-Восточной Азии, а как крупный исламский рынок, промышленная экономика, будущий партнёр по свободной торговле с ЕАЭС, страна, где пересекаются энергетика, фармацевтика, сельское хозяйство, технологии, судостроение, туризм и даже космос.
Мантуров напомнил, что товарооборот России и Индонезии за последние пять лет вырос более чем в два раза и по итогам 2025 года приблизился к 5 млрд долларов. Но важнее даже не сама цифра. Важнее логика: рост торговли теперь должен сопровождаться не только поставками, но и прямыми контактами предпринимателей, устойчивыми расчётами, промышленной кооперацией и совместными проектами.
«Улучшение условий взаимного доступа товаров на рынки должно сопровождаться расширением прямых контактов между нашими предпринимателями».
— Денис Мантуров
В этой фразе, если убрать официальный слой, звучит главный нерв современной внешней экономики. Можно подписать соглашение. Можно открыть рынок. Можно договориться на уровне правительств. Но дальше всё равно нужны люди, которые будут звонить друг другу не через протокол, а напрямую. Предприниматель — предпринимателю. Банк — банку. Производитель — дистрибьютору. Университет — технопарку.
Караван ушёл, маршрут остался
Когда-то международная торговля начиналась с караванов и портов. Потом — с железных дорог, телеграфа и страховых контор. Сегодня она начинается с другого набора слов: свободная торговля, комплаенс, фитосанитарный контроль, цифровой документооборот, трансграничные платежи, логистический коридор. Караван ушёл, но вопрос остался прежним: дойдёт ли груз и будет ли оплата.
Именно поэтому в российско-индонезийском сюжете важно, что обсуждались не только сельское хозяйство, энергетика и промышленность, но и высокие технологии. Даже тема первого индонезийского космонавта прозвучала не как романтическая вставка, а как часть технологического пакета.
«Россия располагает необходимыми компетенциями и опытом для подготовки и организации полёта первого индонезийского космонавта».
— Денис Мантуров
Космос в этом контексте — не украшение. Это символ того, что современная кооперация строится не только вокруг зерна, удобрений и поставок, но и вокруг компетенций. А компетенции — это уже университеты, инженеры, цифровые системы, исследовательские центры и долгие договорённости.
13 мая. Форум собирает карту: павильоны, рынки, финтех
Выставка как экономический рентген
На следующий день форум вошёл в рабочий ритм. Аккредитация, павильоны, стенды, делегации, промышленные экскурсии. В программе были выезды по пяти направлениям: промышленность, сельское хозяйство, химический сектор, медицина, IT-инновации и образование. Среди площадок — ПАО «КАМАЗ», ОЭЗ «Алабуга», АО «Химград», Университет Иннополис, ИТ-парк имени Башира Рамеева, АНО «Школа 21».
Это важная деталь. Форумы часто грешат тем, что говорят о будущем, не показывая настоящего. А здесь будущее пытались привязать к уже существующей инфраструктуре: заводам, особым экономическим зонам, технопаркам, университетам, медицинским и образовательным центрам.
В это же время работала Russia & Islamic World Cooperation Expo — выставка сотрудничества России и исламского мира. По смыслу это была не просто экспозиция, а витрина новой экономической географии: инвестиционные и инфраструктурные проекты, технологические альянсы, B2B-инициативы, исламские финансы, машиностроение, региональные стенды. Рядом — International Property Market 2026, где недвижимость рассматривалась уже не как набор квадратных метров, а как часть международного капитала, урбанистики, финансовых моделей и доверия к юрисдикциям.
Именно здесь форум переставал быть набором речей. Он становился местом, где можно было увидеть, что исламский мир — это не абстрактная культурная зона, а множество рынков, регуляторов, инвесторов, банков, городов, логистических маршрутов и технологических запросов.
Талия Минуллина и инвестиционная витрина
На брифинге в Кабмине Татарстана руководитель Агентства инвестиционного развития РТ Талия Минуллина подчеркнула масштаб подготовки форума: зарегистрированы представители 103 стран, а среди ключевых событий — межправительственные комиссии, выставки, инвестиционные проекты и международные соглашения. Отдельно прозвучала цифра: на выставке на английском языке представлено 152 инвестиционных и инфраструктурных проекта, из них 24 — от Татарстана.
«Это беспрецедентный случай, когда в России мы с конкретными инвестиционными предложениями вышли на международный уровень».
— Талия Минуллина
Фраза сильная именно своей прикладной природой. Не «мы открыты к сотрудничеству», а «вот проекты». Не «у нас есть потенциал», а «вот каталог». Это очень важный сдвиг для российских регионов: от презентации территории — к презентации готового инвестиционного продукта.
Исламский финтех: когда приложение становится дипломатией
Один из самых живых сюжетов форума — исламский финтех. Сессия «Исламский ФИНТЕХ: цифровая этика» была посвящена не просто финансовым технологиям, а вопросам доверия, регулирования, шариатского комплаенса, масштабирования продуктов на разных рынках и работы с клиентом в многоконфессиональной среде. Организатором выступил Российский исламский институт, среди участников — Руслан Халиуллин, Умар Мунши, Владимир Маленко, Дима Джани, Рамазан Меджидов, Мухаммад Шахид Хан.
Тут важно не уйти в терминологию. Исламский финтех — это не просто «финтех с религиозной приставкой». Это попытка соединить технологическую скорость с этической рамкой. В обычном финтехе главное — удобство, масштаб, комиссия, интерфейс. В исламском — к этому добавляются доверие, допустимость продукта, соответствие нормам, отсутствие спекулятивной логики, прозрачность сделки.
И вот здесь российский пример оказался довольно неожиданным. Руслан Халиуллин говорил о благотворительном приложении Tooba как о решении, которое заинтересовало страны исламского мира. По его словам, компания собрала более 4,8 млрд рублей, а за один месяц — более 1 млрд рублей после событий в Дагестане; также были подписаны договоры со странами Персидского залива — ОАЭ и Саудовской Аравией.
«Это история про то, что мы можем дать».
— Руслан Халиуллин о компании Tooba
Это, на мой взгляд, один из самых показательных моментов форума. Потому что экспорт технологий часто описывают абстрактно: «российские решения востребованы», «есть потенциал», «необходимо масштабирование». А здесь — конкретное приложение, конкретные сборы, конкретный интерес исламских рынков. Благотворительность становится финтехом, финтех — каналом доверия, доверие — международным активом.
Мухаммад Шахид Хан, генеральный директор Micronisus Systems Dubai, говорил уже о следующем шаге — роли искусственного интеллекта в исламском банкинге.
«Я верю, что ИИ может помочь в развитии исламского банкинга, особенно России. Также перспективно сотрудничество между Россией и странами исламского мира».
— Мухаммад Шахид Хан, Micronisus Systems Dubai
А Умар Мунши, основатель Ethis Group и управляющий партнёр HASAN.VC, добавил, что отрасли нужны технологии, которые позволят делать исламские финансы более прибыльными и работать с клиентами, ранее недоступными для банков.
«КазаньФорум — очень важная площадка для сотрудничества, нетворкинга, B2B-встреч, сессий, чтобы развивать участие и повышать внимание тому, что происходит в мире финансов и банкинга».
— Умар Мунши, Ethis Group, HASAN.VC
Старый спор о деньгах и новая нейросеть
Исламские финансы строятся на старом принципе: деньги не должны просто производить деньги. Они должны быть связаны с реальным активом, партнёрством, риском, товаром, услугой. В этом смысле исламская финансовая модель исторически спорит с классическим процентным банкингом.
А теперь в этот спор входит искусственный интеллект. Он может оценивать риски, помогать комплаенсу, подбирать продукты, анализировать поведение клиента, снижать операционные издержки. Но сразу возникает вопрос: кто проверит, что алгоритм не нарушает этическую рамку? Кто объяснит решение нейросети шариатскому совету, регулятору, клиенту?
Вот почему исламский финтех — это не просто техническая тема. Это разговор о доверии в цифровую эпоху.
IT-зона: финтех как спорт быстрых решений
В ИТ-зоне форума отдельным сюжетом стал международный финтех-хакатон CodeStorm by IT Park. Около 100 участников из 18–20 команд за 48 часов разрабатывали прикладные решения на стыке технологий и глобальной финансовой инфраструктуры. Организаторы — Министерство цифрового развития РТ, ИТ-парк и компания Технократия; призовой фонд — 500 тыс. рублей.
Здесь форум на время менял темп. Если межправкомиссии работают в логике лет, то хакатон — в логике часов. Там, где дипломаты согласовывают формулировки, разработчики собирают прототип. Где министры говорят о стратегических направлениях, команды показывают демо.
В программе IT-трека были и «Мировые тренды финтеха», и питч-сессии CodeStorm, и финал хакатона, и дискуссия «Финансовая инфраструктура для международного бизнеса». В центре — выход российского финтеха на рынки стран ОИС, цифровые финансы, исламский банкинг, шариатский комплаенс, CBDC, открытый банкинг, платежные системы, трансграничные переводы, СПФС, цифровой рубль и агрегаторы.
Это уже не просто «молодёжная активность при форуме». Это лаборатория экспортной модели: как российские IT-решения могут стать понятными и применимыми для рынков исламского мира.
Молодая дипломатия: цифровой суверенитет вместо красивых тостов
Дипломатия в эпоху платформ
На X Форуме молодых дипломатов стран ОИС разговор неожиданно быстро вышел за пределы традиционной гуманитарной повестки. Да, звучали темы межцивилизационного диалога, образования, молодёжного сотрудничества. Но один из важных акцентов — дипломатия в цифровую эпоху.
Первый секретарь посольства Республики Камерун в Москве Самюэль Ндичо Бамбо говорил о создании безопасного цифрового пространства и поддержании цифрового суверенитета.
«Одна из главных трудностей — создание безопасного цифрового пространства и поддержание цифрового суверенитета государства».
— Самюэль Ндичо Бамбо
В этой фразе хорошо слышно, как изменилась дипломатия. Раньше дипломат работал с нотами, протоколом, переговорами, визами, культурными обменами. Теперь он всё чаще имеет дело с данными, каналами связи, платформами, информационным влиянием, цифровыми границами.
И если раньше суверенитет обозначался флагом, границей и армией, то сегодня к этому набору добавляются серверы, софт, каналы связи, облачные решения, национальные платформы и способность государства контролировать собственную цифровую среду.
14 мая. ИИ, стройка и коридор «Север – Юг»
ИИ в строительстве: технология выходит из презентации
Одна из самых практичных тем форума — искусственный интеллект в строительстве. На пленарной сессии «Искусственный интеллект — новая эффективность в строительной отрасли» в рамках International Property Market обсуждали, как ИИ уже помогает строить быстрее и дешевле, но для массового внедрения в России пока не хватает единых стандартов данных, интеграции существующих систем и регулирования, которое стимулировало бы инновации, а не тормозило их.
С ключевым докладом выступил вице-премьер Марат Хуснуллин. Он напомнил, что строительная отрасль составляет более 20% ВВП, даёт 40 трлн рублей выручки и 13 млн рабочих мест, а по итогам 2025 года в России было введено 150 млн квадратных метров недвижимости.
Здесь ИИ звучал уже не как модная аббревиатура. Строительство — слишком материальная отрасль, чтобы долго жить презентациями. Там всё проверяется сроком, сметой, бетоном, техникой безопасности и количеством ошибок в проектировании.
Искусственный интеллект в этой логике нужен не «для красоты», а для конкретных вещей: контроля безопасности на стройплощадках, прогнозирования рисков, сокращения сроков, снижения издержек, управления проектами, работы с цифровыми двойниками, автоматизации экспертизы.
От чертёжной доски к цифровому двойнику
Когда-то строительный проект был рулоном бумаги, карандашом, кульманом и большим авторитетом главного инженера. Потом пришли CAD-системы. Потом BIM. Теперь — цифровые двойники и алгоритмы, которые должны видеть риски раньше человека.
Но стройка всё равно остаётся стройкой. Нейросеть может подсказать, где возможна ошибка, но не заменит ответственность. И в этом смысле главный вопрос сессии был не «заменит ли ИИ человека», а другой: как сделать так, чтобы человек, государственная экспертиза, подрядчик, застройщик и алгоритм работали в одной системе координат.
В программе отдельно отмечалось, что в центре внимания — суверенная модель искусственного интеллекта, Индустриальные центры компетенций, практические кейсы, цифровые двойники зданий, автоматизированные системы контроля безопасности, единые информационные среды для заказчиков, генподрядчиков и субподрядчиков.
Коридор «Север – Юг»: география снова стала экономикой
Контейнеры вместо деклараций
На транспортном треке форум возвращал разговор к старой, но снова актуальной теме — международному коридору «Север – Юг». В сессии о каспийском сотрудничестве участвовали представители федеральной власти, регионов, логистических структур, исламских финансовых институтов и эксперты по рынкам Ближнего и Среднего Востока.
Здесь была важна не сама риторика о коридорах, а очень приземлённый смысл: как политическую волю превратить в контейнеры, счета, порты, железнодорожные маршруты и долгосрочные контракты.
Дмитрий Дубовик, генеральный директор Каспийского международного интеграционного клуба «Север – Юг», говорил, что активность Ирана на международном маршруте резко выросла, а Россия становится для этой страны стратегически важным партнёром. Александр Шаров, генеральный директор «РусИранЭкспо», отмечал ожидания по росту грузооборота через Каспий и перспективы поставок через Иран в Афганистан, Ирак и Пакистан.
«Сегодня мы начинаем думать о тех экспортных поставках из России, о которых мы мечтали десятилетиями».
— Дмитрий Дубовик, Каспийский международный интеграционный клуб «Север – Юг»
Геннадий Бессонов, председатель Координационного транспортного совещания государств — участников СНГ, расширил эту рамку: коридор интересен не только России и Ирану, но и странам ближнего зарубежья — Казахстану, Узбекистану, Киргизии и другим участникам региональной логистики.
«Все страны, входящие в периметр СНГ, а также близлежащие страны будут всегда заинтересованы в этом коридоре».
— Геннадий Бессонов
А Марат Зембатов из Высшей школы экономики дал более трезвую оценку перспектив: прежние прогнозы доходили почти до 100 млн тонн в год, но более близкой к реальности оптимистичной оценкой сегодня он назвал 30 млн тонн к 2032–2033 годам.
«Наиболее близкая к реальности оптимистичная оценка — это 30 млн тонн к 2032–2033 годам».
— Марат Зембатов, ВШЭ
И это хороший пример сдержанной, взрослой интонации. Не обещание мгновенного прорыва, а попытка посчитать горизонт.
15 мая. Исламские финансы: от эксперимента к институтам
AAOIFI, Сбербанк и вопрос правил
К середине форума финансовая повестка стала одной из центральных. В программе были заявлены дискуссии о партнёрском финансировании в России, международных стандартах, опыте бизнеса, подготовке кадров, исламских финансовых инструментах, сукук и регулировании. Среди участников — Анатолий Аксаков, Владимир Чистюхин, Алексей Яковлев, Олег Ганеев, Мидхат Шагиахметов, председатель AAOIFI шейх Ибрагим Бен Халифа Аль Халифа, Сбербанк, Банк России, Минфин России, Ассоциация банков России.
Здесь важно понимать: исламские финансы в России пока ещё находятся в стадии институционального взросления. Есть эксперимент, есть регионы, есть интерес банков, есть запрос со стороны бизнеса, есть международный опыт. Но для полноценного рынка нужны правила, кадры, стандарты, доверие и понятный набор инструментов.
AAOIFI — Организация по бухгалтерскому учёту и аудиту исламских финансовых учреждений — заявила готовность помогать России и странам СНГ в развитии рынка исламских финансов.
Это не декоративная новость. Для исламских финансов стандарты — почти такая же инфраструктура, как дороги для логистики. Без стандартов невозможно масштабировать доверие. А без доверия исламские финансы превращаются в красивую вывеску без рынка.
Кадры как узкое место
Отдельно звучала тема кадров. На сессии «Кадры для исламских финансов: как вырастить людей для новой отрасли» обсуждались сетевые магистерские программы, двойные дипломы, корпоративное обучение, профессиональная сертификация, цифровые образовательные платформы и интеграция стандартов AAOIFI в образовательные треки.
Магомед Таштамиров, проректор по науке и инновациям Чеченского государственного университета имени А. А. Кадырова, сформулировал задачу очень практично.
«Мы должны сформировать компетенции, которые помогут участникам рынка быстро находить нужные кадры под конкретные задачи».
— Магомед Таштамиров
И снова форум возвращается к одной и той же мысли: рынок появляется не после красивого заявления, а после появления специалистов. Нужны юристы, которые понимают российское право и исламские финансовые модели. Нужны банкиры, которые умеют работать с партнёрским финансированием. Нужны преподаватели, методологи, аудиторы, шариатские эксперты, риск-менеджеры, IT-специалисты.
Без них исламские финансы так и останутся темой для форумов. С ними — могут стать реальным инструментом.
Пленарная формула: от точек на карте к точкам роста
Главное пленарное заседание форума называлось почти программно — «От точек на карте к точкам роста: объединение технологических и финансовых инициатив». В этом названии, кажется, форум сам себя и объяснил.
Потому что «точки на карте» — это Казань, Индонезия, Иран, Афганистан, Катар, Пакистан, Малайзия, страны ОИС, российские регионы, Каспий, маршруты, павильоны. А «точки роста» — это уже другое: инвестиционные проекты, логистические цепочки, финтех-платформы, партнёрское финансирование, цифровой суверенитет, строительные технологии, образовательные программы, экспорт IT-решений.
В центре пленарной логики — переход от географического взаимодействия к устойчивым проектам через синергию технологий и финансовых инструментов. Это звучит официально, но за этим стоит очень конкретная задача: чтобы международная повестка не заканчивалась подписанием соглашений и групповыми фото.
На мой взгляд, именно здесь главный смысл КазаньФорума-2026. Он был не о том, чтобы ещё раз сказать: Россия и исламский мир имеют исторические связи. Это уже известно. Он был о другом: как сделать так, чтобы эти связи начали чаще работать в экономике.
Гуманитарная рамка: культура как длинная инфраструктура
Казань как культурная столица исламского мира
В 2026 году Казань носит статус культурной столицы исламского мира. Поэтому культурная программа форума была не просто фоном. В дни форума прошли мероприятия, связанные со съездом министров культуры стран ОИС, XV сессией Генеральной конференции ИСЕСКО, фестивалем восточных культур, выставками, лекциями, мастер-классами и событием «Изге Болгар җыены» в Болгаре, посвящённым Дню официального принятия ислама Волжской Булгарией.
Культура здесь работает как длинная инфраструктура. Не такая быстрая, как хакатон. Не такая измеримая, как грузооборот. Но без неё международная экономика часто остаётся холодной и непрочной.
Арабский язык и нейросети
Очень точный тезис прозвучал у арабиста, преподавателя ВШЭ Андрея Зелтыня. Он говорил, что востребованность арабского и других восточных языков будет расти, причём свою роль в этом играют даже нейросети: автоматический перевод стал лучше, но отсутствие эмоций в машинном переводе подталкивает людей изучать язык.
«Молодежь очень тянется к языкам сегодня. В этом, кстати, большая заслуга в том числе и нейросетей».
— Андрей Зелтынь
Это почти идеальная фраза для форума, где ИИ обсуждали в финансах, строительстве, дипломатии и образовании. Машина переводит слова. Но доверие между странами всё ещё создают люди — с их интонацией, памятью, культурным слухом и способностью понимать не только смысл, но и подтекст.
Финал: что осталось после форума
КазаньФорум-2026 можно описать как попытку собрать пять карт одновременно.
Первая — международная. Россия — Индонезия, Россия — страны ОИС, Россия — Иран, Афганистан, Малайзия, Катар, Пакистан, Алжир, страны Африки и СНГ.
Вторая — финансовая. Исламский банкинг, партнёрское финансирование, AAOIFI, Сбербанк, Банк России, Tooba, Ethis Group, HASAN.VC, шариатский комплаенс, цифровые платежи.
Третья — технологическая. Искусственный интеллект, финтех, кибербезопасность, цифровой суверенитет, ИТ-парк, Технократия, CodeStorm by IT Park, строительные нейросети, цифровые двойники.
Четвёртая — логистическая. Север – Юг, Каспий, Иран, контейнеры, железные дороги, порты, транзит, расчёты, экспортные маршруты.
Пятая — гуманитарная. Казань как культурная столица исламского мира, ИСЕСКО, арабский язык, Болгар, фестиваль восточных культур, молодая дипломатия.
И если попытаться сформулировать главный вывод без форумного пафоса, он будет таким: КазаньФорум показал, что международное сотрудничество сегодня уже нельзя строить только на политической воле и культурной близости. Нужна инфраструктура. Финансовая, цифровая, логистическая, образовательная, гуманитарная.
На форумах часто любят говорить о будущем. Здесь будущее выглядело не как дальняя мечта, а как список нерешённых, но вполне конкретных задач: настроить расчёты, обучить специалистов, договориться о стандартах, проверить ИИ на стройке, провести груз по коридору, вывести финтех на рынок ОИС, превратить инвестиционный проект из стенда в сделку.
И в этом смысле формула «от точек на карте к точкам роста» оказалась не просто названием пленарного заседания. Она стала кратким описанием всего форума.
Потому что карта сама по себе ничего не строит.
Строят маршруты, деньги, технологии, люди и доверие.
--
👉 Подписывайтесь на мой Telegram-канал: https://t.me/druzin
--
Автор: Станислав Друзин
Фото: Фонд Росконгресс, РИА Новости, АНО "Дирекция спортивных и социальных проектов", пресс-служба DRUZIN.RU
Источник: авторский взгляд с площадки XVII Международного экономического форума «Россия – Исламский мир: KazanForum» — по личным наблюдениям, деловой программе и публичным тезисам форума.